Гилл наблюдал за Светланой. Обходя цветущие ароматами весны кусты и деревья, она останавливалась у тех растений, которые изготовлены по проекту принца Юпанки. Очень неординарная дочь вырастает. Что из нее получится: не предугадать. А ведь Илларион в ее возрасте таким же был, непредсказуемым. Если бы не Реконструкция на Куси-пата! Ведь мозг у него редкий, даже Гилл не всегда понимал, что в нем происходит. Лет шесть было... В доме Серкола понравился ему макет корабля Первой Звездной. Глаз не отводил, но молчал, неудобно ему казалось просить у хозяина, живой легенды рвущейся к звездам цивилизации. Тот звездолет, первый, единственный такой был, - нетипичный, нефункциональный на вид, похожий на фантастическую птицу в полете. После стали делать геометрические, строгие, неприродные модели. Недолго думал Илларион. И нашел такой путь, что ни пером, ни словом... Залез отцу в сознание и внедрил нужную мысль! Поехал Гилл к Серколу, выпросил макет, и подарил сыну. Истина открылась через месяц, и пришлось Гиллу соорудить себе барьер в психике. Теперь он по-настоящему пригодится. Мощный у сына мозговой потенциал, но вот высокое воображение отсутствует. Не способен Илларион держать в голове сконструированный, самосотворенный мир. Этого не воспитать, выше ассистента в работе с Гиллом ему не подняться. Но в делах земных, не требующих особой фантазии, нет ему соперника. Не было бы... В организационной работе мог достичь любых вершин. И заменил бы самого Серкола. Конечно, самый большой организатор не равен самому малому творцу. Но без первых нет и вторых. А вот в Светлане, похоже, личность устроена противоположно илларионовской.
Кроме Гилла, не менее пристально, полуприкрыв тяжелые веки, смотрел за ней старый Вайна-Капак. Принц же изредка бросал пытливые взгляды на возрожденного предка, будто желая выведать некую важную для него тайну. Да тайна не давалась...
Пожалуй, или Инки создавали такие сады для детей, или же сами были подобны детям, решил Гилл. Лично его золотой сад не привлекал, душа тянулась к естественной зелени, к мягкой траве и облетающим по сроку цветам, к деревьям, окутанным застарелыми мхами и лишайниками, ниспадающими к пахнущей сыростью земле. А тут и почва-то терялась среди золотых и серебряных корней, лишенная запаха и природной силы. Ведь и ароматы будущий император из тайных флакончиков внедряет! Но величие древнего искусства притягивает многих: Хромотрон транслирует вид возрожденных садов Коско множеству людей и в личных жилищах, и в общественных местах. А Гилл в который раз пытается понять колдовскую силу обработанного человеческой рукой золота и серебра. Металла, погубившего бесчисленное множество людей и несчитанное число государств. Хотя, есть ли разница, какой идол владеет человеком: золотой, деревянный или прикрытый коротенькой юбкой?
Светлана замерла рядом с золотой ланью, склонившейся над журчащим в драгоценных камешках ручейком, погладила ее по вытянутой шейке, присела перед серебряным кустиком розы, обильно усыпанным цветами красного золота. На некоторых цветках сидят металлические бабочки, украшенные россыпями мельчайших самоцветов, над другими застыли в воздухе остроклювые цветные птички. Солнце играет на серебряных листочках, золотых цветах, инкрустированные крылья бабочек отбрасывают радужные блики. А сколько рядом и поодаль таких же и других кустов и кустиков, больших и малых деревьев! А на них и под ними - жуки, змеи, различные зверюшки. Из-за дубового серебряного ствола по ту сторону пруда выглядывает угрожающая морда седого льва, нацелившегося на них голодным взором изумрудных глаз. Серебряная трава у ног Светланы вот-вот колыхнется под желанным ветерком, а наливное золотое яблочко справа от застывшей у водопоя лани вот-вот упадет в неподвижную, мертвую траву, смяв тончайшие серебряные стебельки. И рыжая лиса, чудом взобравшаяся на ветку с яблоком, дождется зайца или охотника. Для Светланы это всё, - остановленная сказка... Из тех, что так не хватает детям современной Земли.
Беседы почти и не было. Люди просто сидели, обмениваясь короткими фразами, перемежая их долгими паузами. Разделяя человеческое желание отдохнуть от суеты дней, Дымок прилег у ног хозяина и оттуда следил за Светланой. Сад ему тоже не понравился. Он принюхался разок и отвернулся. Понятно, ведь здесь и заднюю лапу негде поднять, если прижмет нужда.
Но что-то потревожило вынужденный покой Дымка: он зарычал, выскочил на ненавистную бесцветную и безвкусную траву, и обратил голову в сторону озера с мертвыми золотыми рыбками. Гилл привстал, следом поднялся со скамейки Вайна-Капак, поднялся юношески легко и скоро. Оставшийся с древних времен и не тронутый в ходе создания сада каменный грот... До сего мгновения он не привлекал внимания ни одного из посетителей Золотого Дома.
