Сергей хотел было снова посетовать на то, что охрана темниц вряд ли будет состоять из одного человека, но понял, что Ситри опять парирует тем, что весь немногочисленный жилой персонал замка, либо брошен на оборону, либо пытается попрятаться по норам, плача кровавыми слезами от осознания грядущего столкновения с гвардией Альфа. А автоматические ловушки, турели и голо-призраков можно отключить из того же пульта управления. Вот только, когда Сергея и Алексея лабиринт тоннелей привёл в ту самую комнату охраны, то этой самой охраны не оказалось. Над пультом управления находилось окно, через которое был виден многоэтажный тюремный комплекс. Пустующий комплекс. Двери камер были открыты.
— Что тут произошло? — спросил Алексей Никитин, а Сергей ментально задал тот же вопрос Ситри.
«В этом секторе у меня нету доступа к камерам.» — холодно ответил Ситри — «Я смог установить слежку лишь в тех частях замка, где смог побывать сам в качестве, скажем так, парламентёра от своих товарищей. Но в некоторые места Долгорукая не пускала меня ни под каким предлогом.»
— Сюрприз!
Голос из громкоговорителей заставил обоих беглецов вздрогнуть.
— Долгорукая… — выдохнул Никитин.
«Старая сука!» — выругался Ситри, который был шокирован не меньше — «Она всё-таки не прекращала наблюдать.»
— Конечно не прекращала, — игриво ответила Долгорукая.
— Сергей, о чём она? — взволнованно спросил Алексей.
— Я всё знаю про чип у тебя в голове, Драгунов, — пояснила Долгорукая — Через который тебе напевал этот ходячий кусок мертвечины.
Никитин в недоумении покосился на Сергея, ожидая от него объяснений, которые дала сама княгиня:
— Я обычно не особо обследую доставляемых мне людей на предмет сюрпризов. Только если надо подлечить, как тебя, полковник. Но Сергея я тщательно просканировала и обнаружив инородное тело в мозгу, настроила его на свою чистоту. А знаешь почему я проверила именно тебя?
Она на время замолчала, нагнетая обстановку. Сергей и Алексей выжидающе смотрели на камеру.
— А я не скажу! — наконец выдала она — Сначала пройдите моё последнее испытание и тогда, я отвечу на все ваши вопросы.
«Она это серьёзно?» — теперь её неадекватностью был шокирован даже Ситри — «Её Дом вырезают. До неё самой вот-вот доберутся альфарии. А она продолжает страдать фигней?»
— А чтобы ты больше не жульничал, мальчик, тебя надо оставить без суфлёра.
Сергей почувствовал боль в голове в разы сильнее той, которую он испытывал, когда Ситри выходил на связь. Она прошла также резко, как и появилась, но юноша чуть не упал, однако его поддержал Алексей Никитин.
— Теперь ты не будешь слышать голос мертвеца, — пояснила Валерия Долгорукая — Я уничтожила чип. Он раскрошился в труху и со временем выйдет из твоего тела через отходы жизнедеятельности. Если ты, конечно же, доживешь.
Соседняя стена разъехалась в стороны, открывая проход.
— Вперёд, мои дорогие.
Алексей Никитин, ровно как Сергей, ожидали чего угодно — гладиаторскую арену с кучей бойцов Долгорукой, загон со зверьми, поле с ловушками, но они оказались в том же самом месте, где полковник и ещё куча других несчастных столкнулись с троготом. Только в этот раз были только несчастные. Те самые пленники — взрослые мужчины, старики, женщины и дети, которые должны быть в камерах, находились на арене, испугано озирались, как затравленные собаки.
— Наконец-то все в сборе! — прозвучал голос Долгорукой — Итак, перед началом хочу сделать небольшое заявление: К сожалению, мой век уже подходит к концу. И дел тут не в том, что я вдруг выпала из уравнения Хозяина: я в принципе уже немолода. И мне не хочется предстать перед Творцом в виде мучительницы. Поэтому я решила дать вам всем шанс получить свободу. Есть лишь одно маленькое условие. Вы наверняка видели последних двух игроков, что к вам спустились. Первый из них — полковник Алексей Никитин, начальник полиции города Староярск. Вы его знаете. Уважаемый человек, любимец народа — ВАШ любимец. Второй гораздо менее известен — Сергей Драгунов.
— Драгунов? — воскликнул кто-то из толпы пленников — Серёжа это ты?
Сергею этот хриплый голос показался смутно знакомым, но он никак не мог принадлежать никому из давно почивших родственников.
— Этот молодой человек — ветеран Багдадской кампании — продолжила Долгорукая — Должен был сдохнуть в пустыне, но выжил и вернулся на родину. Так вот, моё задание: Алексей Никитин и Сергей Драгунов должны умереть.
Воцарилась немая сцена, Сергей и полковник переглянулись, а среди других пленников пошло перешёптывание, подобно разряду тока, идущему через провода.
— Если эти двое умрут, то остальные получат свободу.
Никитин хотел было выругаться, но издевательский смех Долгорукой затмил все чувства и мысли. Она словно говорила этим смехом: «Посмотри кого ты защищал все эти годы. Этот мусор, который ты считал добропорядочными гражданами, готов разорвать тебя лишь бы спасти свои шкуры. Что бы ты ни сделал для них ранее, это теперь не имеет значения. Благодарности и солидарности ты не дождёшься.»
