Внезапно, где-то вдалеке, в черном, наполненном звездами и туманами небе ярко вспыхнула крупица. Русич поднял голову и увидел, как быстро, прям на его глазах, увеличилась в размере точка, миг спустя обратившись в Бога… Еще доля секунды и видит Руслан, как ДажьБог мощный, крепкий витязь-воин, в золотистом, местами порванном в бою, одеянии, с серебряными волосами, и блистающим золотым нимбом над головой, сжимая в руке длинный меч, приземлился прямо перед широкой мертвой рекой. ДажьБог встал на ноги, выставив вперед свой меч, а потом обернулся и заглянул своими небесно-голубыми очами в душу Руслана да нежно ему улыбнулся, так как может улыбаться лишь любящий отец, узрев дорогое чадо. И почувствовал русич необыкновенную радость, наполнившую его душу до краев любовью и светом…
Еще мгновение, и Бог, отец всех русов, шагнул ближе к воде, и подняв меч, потряс им в воздухе вызывая на бой трехголового змея. И сейчас же разошлись воды мертвой реки, отхлынув назад прямо к корням вечного дерева Зла, и оттуда вылез чудовищный змей-дракон. Он был белого цвета с легким голубоватым оттенком. В длину змей достигал метров десять. Его огромное, похожее на львиное, тело было утыкано длинными, острыми шипами, напоминавшими сосульки, особенно много таких шипов проходило по хребту змея. Четыре когтистые лапы оканчивались загнутыми голубыми когтями, а длиннющий хвост, вдвое превышающий тело, завершался ромбовидным наконечником, напоминающим острие копья. У змея было два огромных полупрозрачных крыла и три головы, усеянные теми же шипами, да короткой, хрустальной, редкой бородой. Три огромные пасти дракона широко раскрывались, показывая три бездонные, черные внутренности и голубые лопатообразные языки. На каждой голове находилось по два кроваво-красных глаза. Каждый раз, когда змей раскрывал свои пасти оттуда вырывалась, вылетая, холодная, зимняя вьюга. Пурга носилась, окрест, покрывая ДажьБога снежным покрывалом, но каждый раз Бог проводил рукой по лицу и одеянию, смахивая снег, и тот таял, стекая по одежде к его ногам, и весенними ручейками, весело звеня, скатывался на землю. И Руслан стоявший совсем недалече от своего прародителя и Бога, чувствовал холод кружащий возле ДажьБога и ощущал тепло исходящее от тела Бога, и слышал эти звенящие, весенние ручейки… Теперь он слышал эти ручейки и тихий, злобный рокот который издавал змей-дракон.
А отец русичей, великий ДажьБог, уже поднимал свой мощный, сверкающий меч вверх и срубал голову змею. И с каждым таким взмахом летела вниз голова дракона, и катилась она прямо к реке, погружаясь в мертвую воду и гибла там, ибо это был Бог, а это лишь тварь зла… Еще мгновенье и третья отрубленная голова полетела в воду, тело змея судорожно вздрогнуло и повалилось на землю, а длинный хвост зверя, по-велению руки Бога, упал на ту сторону берега, образовав нечто вроде тонкого мостка. ДажьБог ступил на этот шаткий, и все еще вздрагивающий мост, и, покачиваясь, пошел по нему на тот берег, к дереву. Шаг… еще шаг, душа человека испуганно замерла в груди, вначале, наблюдая за боем, а теперь за его переправой, еще шаг и Бог покачнулся, хвост дракона судорожно дрогнул, и ДажьБог оступился, его тело накренилось…
— Ах! — воскликнул Руслан и подался вперед, туда, к отцу и Богу, чтобы поддержать и помочь ему.
— Мур… мур…, — раздраженно замурчал сидевший Барсик, и, протянув переднюю лапу, придержал Руслана за ногу. — Куда ты дуралей… это иллюзия… иллюзия…мур. Дурень, ведь это было давным-давно… давно… давно… Стой на месте, где стоишь и смотри… коли летать не хочешь… дуралей…мур.
Руслан точно не слышал слов кота, но остановился и продолжал неотступно следить за своим Богом, который все же устоял на тонком, округло-покатом мостке-хвосте и благополучно перейдя через реку, ступил на бело-серебристую землю, да пошел прямо к дереву. ДажьБог направил меч в сторону Яйца и коснулся острием его глади. И золотое, в черную крапинку, Яйцо заметалось из стороны в сторону, вроде как осознавая, что сейчас оно погибнет, и, все же стараясь избежать смерти, и спастись от меча. А после Яйцо вздрогнуло, замерло и вдруг сильнее и громче забилось. И Руслан услышал это громкое бум… бум… бах!
ДажьБог занес над Яйцом свой меч, и, что есть мочи рубанул его, острием клинка, прямо по середке. И Яйцо тут же разломилось надвое из него вырвался огромный черно-белый луч, он ударил Бога прямо в грудь. И ДажьБог точно подхваченный этим лучом, с огромной скоростью полетел куда-то в темную космическую глубину, оставив после себя лишь белую тропу на черном мглистом небе. Руслан видел как далекой белой крупинкой в бесконечной, мрачной бездне погас ДажьБог, а затем, опустив голову, посмотрел на то, что осталось от Яйца. Из рассеченного надвое Яйца меж тем вытекал черный белок и белый желток, белая и черная сущность его смешивалась, и, стекая по стволу дерева, струились вниз, окрашивая землю в багряный цвет.
