Но вот боковым зрением Руслан увидал, пронесшийся справа от него, прилетевший, оттуда из галактики, громадный желто-красный сгусток, похожий на горящий каменный шар. Сгусток упал куда-то вглубь города, послышался оглушительный взрыв, грохот и рокотанье и секунду спустя люди города ожили, ожили птицы, парящие в вышине, ожили звери, живущие в лесах, ожили сами леса…. Люди испуганно принялись оглядываться. Одни из них закричали, другие побежали, а третьи заплакали. А сгусток, между тем, превратился в пылающий, пожирающий все и вся шар огня, и начал, разрастаясь, двигаться, сжигая, уничтожая и людей, и зверей, и птиц, и каменные города. И слышал Руслан крики ужаса людей и визги зверей, зрел перекошенные человеческие лица, наполненные смертельным испугом, их широкие, синие глаза, их смерть, и возрождение зла.
— Род — наслал на землю огонь и через боль и гибель людскую возродил смерть, зло, Пекло и Чернобога, — громко мурчал в ухо хозяина, парящий где-то рядом Барсик, стараясь перемурлыкать боль и крики людей.
Руслан не в силах более смотреть на гибель Яви, закрыл ладонями лицо и почувствовал, как снова закрутилось его тело, руки, ноги и голова. И опять его понесло куда-то с той же огромной скоростью, с такой быстротой, что его внезапно затошнило и не переваренная еда подступила к горлу, выплеснулась ему в рот… Еще миг полета и резкая остановка.
Убрав ладони от лица, русич увидел перед собой великое дерево Зла, на его ветках висело, и пульсировало Золотое Яйцо — источник Вселенной, стеклянные горы и мертвая река, как и прежде, преграждали путь к нему.
— Хму…хму… дуралей… Это было очень давно, — заметил сидящий Барсик и поднявшись на лапы прошелся и провел концом своего хвоста по спортивным штанам Руслана. — То, что ты видел, дурень, было очень давно… и не зачем было тут пачкать землю пекельного царства своей плохо переваренной пищей…хму…хму… Это Босоркуну не понравится… Приперся тут, наблевал возле Святая святых Пекла — вечного Дерева Зла… Ох! не понравится то Босоркуну, уж он очень разозлится… Гляди, как бы тебе не досталось, за испачканную землю… хму… хму!.. Но, я, что-то отвлекся… короче говоря, если ты понял, не очень-то я на это надеюсь… была гибель той Яви, а после Боги Света опять возродили на земле жизнь, вашу жизнь… И ДажьБог, который стал, по преданиям, после той битвы с Чернобогом, не отличим от Всевышнего, сам творил своих детей — русских славян… и очень он любил вас, своих детей, славян… А вы, свиньи, дуралеи и тупоумки, потом, его отца Бога Перуна, который столько раз приходил к вашим предкам в страшные минуты сечи и спасал их от смерти… Вы, свиньи неблагодарные, тыкали в лицо его идола остриями копей, толкали палками, хлестали ветками и топили в реке Днепр…
Руслан стоял, молча, он слушал кота и соглашался с каждым его словом, сказанным, в адрес народа предателя и смотрел он на тайну тайн, дерево вечного Зла, на его голубые издающие дзинь… дзинь и бом… бом бусинки-росинки, и думал, что Яви его наверно не спастись… Что в этой битве с Чернобогом люди земли очередной раз проиграли свои души. И так как ДажьБог не ведет бой с Чернобогом, а Чернобог не поглощает землю льдами и снегами, то в этот раз гибель Яви будет какой-то иной… другой… И когда кот развернувшись, и махнув своим хвостом-поводырем пошел в обратный путь, Руслан содрогнулся всем телом, вспоминая искореженные страхом человеческие лица, утер лицо майкой и также поворотившись направился вслед за Барсиком.
