Айрис, несомненно, имела в виду годы, которые Кора должна была провести в Эонии, но Кора вдруг подумала о матери, с которой попрощалась лишь несколько часов тому назад.
Нужно было взять себя в руки. Кора еще не готова была говорить о матери, о прошлом. Айрис не подозревала, что Кора всю жизнь общалась с матерью и не посещала школу, где ее научили бы контролировать эмоции. Все, что у нее было, – это материнские наставления.
Чтобы не расплакаться, она зашептала последние слова матери:
– Не поддавайся тревогам. Правь твердой рукой…
– И со спокойным сердцем, – закончила Айрис, округлив глаза. – Так ты знала свою мать?
Кора замотала головой, но было поздно. Айрис сумела заглянуть под маску безразличия, над которой Кора работала все детство и юность, и увидеть ее истинные чувства.
– Твоя мать была великой королевой и хорошим другом, – сказала Айрис, положив руку ей на плечо.
Это было уже слишком. Не успела Кора опомниться, как из глаз брызнули слезы.
Она боялась, что Айрис выдаст ее, но та пообещала хранить все в тайне.
– Ибо тайны есть у каждого из нас, – сказала она.
Эта встреча произвела на Кору сильное впечатление. Она с детства мечтала подружиться с кем-нибудь из дворца.
Кроме Айрис, ее секрета никто не узнал. Она расслабилась, позволила себе проявлять чувства. Сохранить индивидуальность, которую прятала под сдержанностью. С Айрис она смеялась. Мечтала о странах за пределами Квадары. Мечтала о любви.
Мать никогда бы не запретила ей любить, ведь именно любовь побудила ее оставить дочь при себе. Не все Королевские законы справедливы. Их написали четыре разгневанные женщины, чей муж перед смертью чуть не разрушил все королевство. Они запретили себе любить и всю жизнь посвятили правлению, но Кора так не могла.
И хотя ей не довелось учиться в эонийской школе, где чувства душат на корню, ни одна королева не знала больше о дворце, Эонии и других квадрантах. Ее приемная мать, кормилица, была уроженкой Археи. Она рассказывала Коре обо всем, что происходило при дворе. О дворцовых интригах, о советниках, преследовавших свои интересы за спиной у королев. Пока Кора росла, шесть раз сменилась власть. Дворец был ее домом, и, что бы ни случилось, она всегда будет вспоминать о нем с любовью.
Как и об Айрис.
Но без Айрис покоя она уже не найдет.
На следующее утро после смерти Айрис Коре доложили, что инспектор желает с ней поговорить. Она заставила себя вылезти из постели, облачилась в золотой органический костюм, уложила косы вокруг головы и надела корону.
В коридоре она встретила свою камеристку и советницу Айрис. Камеристка гладила заплаканное лицо Алисы и шептала что-то ей на ухо. Они почтительно поклонились Коре, держась за руки. Им не нужно было скрывать свои отношения.
При мысли о том, что Айрис уже никогда не обнимет ее, по телу Коры пробежала дрожь. Раньше она мечтала, что когда-нибудь они смогут обниматься у всех на глазах, как самые обыкновенные влюбленные.
Погрузившись в размышления, Кора чуть не налетела на Маргариту, которая вышла из кабинета инспектора.
– Извини, – сказала Кора хриплым после ночи рыданий голосом.
Первые несколько мгновений Маргарита растерянно смотрела в пустоту, а потом вдруг заметила ее и воскликнула:
– Кора! Это ты…
Никогда прежде Кора не видела Маргариту в таком замешательстве. Как и Айрис, она была сильной женщиной. Кора хотела спросить, все ли у нее хорошо, но вопрос был абсурден. Разумеется, нет.
– Я вчера вечером так и не добралась до обеденного зала, – сказала Кора. – Сил не было.
Грустить эонийцам нельзя, а уставать – можно.
Маргарита смерила ее долгим взглядом. Кора заволновалась, не выдала ли она чем-нибудь свои чувства. Наконец старшая королева печально улыбнулась.
– И у меня. – Она потрепала Кору по плечу. – Сегодня исправимся?
Разыгрывать спектакль было страшно утомительно, но уж очень ей не хотелось оставаться одной.
– Договорились, – ответила она.
– Ты там поосторожней, – бросила Маргарита, указав глазами на дверь, но не успела Кора спросить почему, как торианская королева снова потрепала ее по плечу и удалилась. Ее черный шлейф вился за ней.
Айрис и Маргарита были близки. Неужели Маргарита знала ее тайну? И поэтому решила ее предостеречь?
Инспектор ожидал ее в кабинете с диктофоном в руках. Когда она вошла, он встал и низко поклонился. Каждый раз, когда он смотрел на нее, на его лице появлялось какое-то странное выражение. «
– Моя королева, – сказал он с новым поклоном.
– Инспектор, – кивнула она, усаживаясь напротив него. – Как идет расследование? Новости есть?
