— Я уверен, что если бы случилось что-либо похожее на крушение самолета, мне бы уже доложили, — произнес Карл. — Такие вещи происходят не каждый день, самолет не может упасть, чтобы никто не заметил ни его, ни пропажи людей, находившихся на борту.
Я подумал, что надо найти любой предлог, чтобы побыстрее закончить этот разговор, прежде чем Джекоб скажет еще что-нибудь лишнее. Первое, что пришло мне в голову, было посмотреть на часы и сказать:
— Карл, извините, но нам пора ехать домой, уже шестой час.
Шериф кивнул.
— Да, конечно. А я вот еще не скоро попаду домой. Канун Нового года… сами понимаете, много работы… надо следить за тем, чтобы на дорогах не было пьяных. Что ж, поверю на слово, что вы к таким не относитесь, — добавил Карл, глядя на Джекоба.
Улыбка сразу же исчезла с лица Джекоба.
— Нет, — ответил он, — конечно, мы не пьяны, можете не беспокоиться.
Несколько секунд Карл смотрел на него, видимо, ожидая, что Джекоб скажет что-нибудь еще, а потом обратился ко мне:
— Как дела у Сары? Когда у вас прибавление?
— В конце января, — ответил я. Моя жена была уже на восьмом месяце беременности. Мы ждали нашего первенца.
— Передай ей от меня наилучшие пожелания в Новом году, — сказал Карл и начал закрывать окно. — И передай Луи, чтобы в следующий раз он не стеснялся. Я не кусаюсь, — добавил шериф.
Пока мы садились в машину, фургон Карла отъехал от нас довольно далеко. Он поехал на запад, в противоположную сторону от Ашенвилла.
— Джекоб, заводи, — сказал я. — Поедем обратно в город.
Джекоб завел машину. Развернуться на узкой дороге оказалось не так-то просто, и Джекобу потребовалось некоторое время, чтобы справиться с маневром.
— Езжай помедленнее, — попросил я. Я боялся, что, если мы будем ехать слишком быстро, порывы ветра могут выдуть деньги из открытой части машины, в которую я их сбросил, когда к нам подъехал шериф.
Некоторое время все молчали. Только когда мы уже проезжали мост через речку Андерс, я спросил:
— Чья это была идея спросить его о самолете?
Я наклонился вперед так, чтобы видеть обоих — и Луи, и Джекоба. Луи расположился посередине сиденья. На коленях у него сидел пес, которого он, обхватив руками, прижимал к себе.
На мой вопрос никто не ответил.
— Твоя идея, Луи? — не сдавался я. Честно говоря, я собирался говорить как можно спокойнее и тише, чтобы показать, насколько серьезен вопрос и насколько опасна была ошибка, которую они совершили, но мой голос подвел меня, и выдал всю мою злобу и негодование.
Луи пожал плечами и тихо произнес:
— Это общая идея.
— Зачем?
— Так мы выяснили, ищет кто-нибудь самолет или нет, — объяснил Джекоб. Мне показалось, что выражение, с которым Джекоб произнес эти слова, было немного надменным, как будто он хотел показать, что перехитрил меня и поступил очень умно. — И не только это. Теперь, если кто-нибудь и начнет искать самолет или заявит о его пропаже, Карл сразу же позвонит нам. Так что мы будем в курсе всех событий.
— Ты решил украсть три миллиона долларов, и первое, что тебе пришло в голову, это поговорить об этом с шерифом и расспросить его обо всем. Тебе не кажется это немного глупым поступком?
— Мы выяснили то, что никто не ищет самолет, — повторил Джекоб. — Если бы мы не спросили у шерифа, мы бы никогда этого не узнали.
— Это было глупо, Джекоб. Если полицейские сейчас найдут самолет, если они выяснят, что с борта пропали деньги, шериф сразу же поймет, кто это сделал.
— Откуда? Мы ведь даже не намекали на то, что деньги у нас.
— Так, пообещайте, что вы больше никогда не сделаете ничего подобного.
Джекоб улыбнулся:
— Разве ты не заметил, как он испугался. Он вообще, по-моему, не самый смелый человек на земле. Наши вопросы как будто поменяли нас с ним местами. Разве нет? Мы были главными, мы спрашивали, а он отвечал.
— Это был риск, — возразил я. — Это было глупо.
— Но это сработало. Мы выяснили…
— Джекоб, это тебе не игрушки, — перебил я брата. — Мы совершили преступление. За то, что мы сделали сегодня вечером, мы можем попасть в тюрьму.
— Да перестань, Хэнк, — вмешался Луи. — Никто нас за это в тюрьму не отправит. И мы вовсе не преступники. Любой бы, оказавшийся на нашем месте, поступил бы точно так же.
— Хочешь сказать, мы не совершили ничего противозаконного?
— Я хочу сказать, что нас за это не посадят. Даже если мы попадем под подозрение и нас осудят, максимум, что нам может грозить, — это условное наказание.
— Тем более что мы еще не потратили эти деньги, — заметил Джекоб. — Я думаю…
— Мне все равно, что ты думаешь, — сказал я, повышая голос уже почти до крика. — Если я еще хоть раз почувствую, что вы идете на необоснованный риск, я немедленно сожгу деньги. Поняли? — спросил я и посмотрел сначала на Джекоба, потом на Луи.
Они молчали.
— Я не собираюсь садиться в тюрьму из-за того, что вам, двум идиотам, может взбрести в голову что-нибудь проверить.
Джекоб и Луи, по-прежнему молча, смотрели на меня. Видимо, они были шокированы моим поведением и словами.
Мери Бет жалобно взвизгнул.
Я отвернулся и посмотрел в окно. Мы ехали по Берн-роуд на юг. Дорога шла через поля.
