Нет, мы не просто возвращались к тому, с чего начали, как сказала Сара. Нет, мы потеряли абсолютно все, теперь у нас не было даже того, что было в самом начале всей этой истории.
— Но ведь деньги-то до сих пор у нас, — заметила Сара и протянула мне одну из пачек.
— Теперь это просто бумажки.
— Это наши деньги.
— Нам придется их сжечь.
— Сжечь? Нет, мы не можем их сжечь. Ведь среди них еще есть немеченые.
— Надо будет от ботинок тоже избавиться. Как думаешь, что с ними можно сделать? — спросил я.
— Хэнк, я не позволю тебе сжечь деньги.
— И от бутылки шампанского, которую ты купила, тоже надо избавиться. Еще от его кошелька и ключей.
Сара, кажется, меня не слушала.
— Мы можем сбежать с ними, — сказала она. — Мы можем уехать из страны и потратить деньги, как угодно. Мы можем поехать в Австралию, Южную Америку, куда-нибудь очень далеко. Ну, можно же еще что-то сделать… — прошептала она.
— И про сумочку не забыть. И шуба еще.
— А может стоит еще подождать и о деньгах забудут.
— А как можно избавиться от шубы?
— Шубы? — вдруг переспросила Сара и внимательно на меня посмотрела.
Я кивнул. В этот момент я почувствовал легкое головокружение. Я ничего не ел с самого утра. Я так устал, к тому же мне казалось, что у меня болит каждая клеточка.
— А откуда у тебя шуба?
— Я забрал ее у пожилой женщины. Она пришла в магазин, когда я был там.
— Боже мой. Хэнк!
— Я пытался уговорить ее уйти, но она не послушала меня.
Наверху заплакала Аманда.
Я смотрел на огонь в камине.
Почему-то я начал думать о пилоте самолета, брате Вернона. Я вспомнил, как в первый раз забрался в самолет, потом — про магазин, в котором был сегодня. Я вспомнил, что перед тем как уйти, пытался отмыть следы ботинок. И чем больше я тер их, тем ярче становились пятна, потом они постепенно теряли цвет. Потом я вспомнил Джекоба в момент, когда он стоял над телом Дуайта Педерсона и плакал. Я понял, что есть вещи, которые не забуду никогда… грехи, которые мне предстоит нести в одиночку всю жизнь. Да еще и денег у нас не было…
«У нас ничего не осталось, — думал я. — У нас ничего не осталось».
— Боже мой, — снова прошептала Сара.
Я встал, поставил ботинки на стул и пошел к камину. Сара внимательно наблюдала за мной.
— Хэнк, — позвала она.
Я снял решетку с камина и бросил в огонь мешок с деньгами из магазина.
— Давай оставим деньги, — сказала она. — Просто подождем и посмотрим, что будет дальше.
Пакет моментально вспыхнул. Из него начали сыпаться монеты.
— Хэнк, — добавила она, — я не позволю тебе их сжечь.
Аманда начала кричать еще громче. Мы не обращали на нее внимание.
— Нам надо это сделать, Сара. Это последнее свидетельство против нас.
— Нет, не надо, — произнесла Сара таким голосом, как будто вот-вот расплачется.
Я пододвинулся ближе к камину. Лицо сразу обдало горячим воздухом.
— Помнишь, я обещал тебе сжечь деньги, если что-то пойдет не так. Да?
Сара не ответила.
Я взял одну пачку и, стараясь не смотреть на нее, бросил в камин. Деньги горели плохо — купюры были слишком плотно спрессованы. Деньги скорее тлели, чем горели.
Я потянулся, взял вторую пачку и бросил ее к первой. Она тоже загорелась не сразу. Я понял, что, чтобы сжечь все деньги, мне потребуется очень много времени. А потом надо будет выгрести золу и закопать ее во дворе или спустить в унитаз. Еще надо будет уничтожить ботинки, лыжную маску, рубашку Джекоба, шубу, сумочку, мачете, украшения пожилой женщины, часы, кошелек и ключи кассира.
Вдруг за спиной я услышал какой-то шорох. Сара собирала деньги.
Аманда плакала, но теперь ее голосок казался мне каким-то далеким, как шум на улице.
Я взглянул на Сару. Она смотрела на огонь.
— Пожалуйста, — попросила она.
Я покачал головой:
— Нет, Сара. Мы должны это сделать. У нас нет выбора.
Сара подошла ко мне. Она плакала. В руках она держала примерно пачек двадцать… как будто надеялась спасти их от огня.
— Но что мы будем без них делать? — спросила она, захлебываясь слезами.
Я не ответил. Я просто наклонился к Саре и забрал деньги из ее рук. Потом я аккуратно положил пачки в камин.
— Все будет хорошо, — сказал я, чтобы успокоить Сару. — Вот увидишь. Все будет нормально.
Я жег деньги четыре часа.
На первой странице воскресного «Блейда» была опубликована статья об убийстве Карла с фотографиями самолета, мешка с деньгами и трупа Вернона.
О магазине «У Александра» в газетах никаких новостей не было. Тело погибшего нашли только около пяти часов следующего утра.
Пожилую женщину звали Диана Бейкер. Перед тем, как заехать в магазин, она посадила сына на самолет и спешила на вечеринку в Перрисбург. Когда она не приехала на ужин, ее друзья позвонили домой, потом в полицию. Один из патрульных заметил ее машину около магазина «У Александра» утром следующего дня. Он остановился, чтобы проверить, все ли в порядке. Заглянув в магазин через стеклянные двери, он увидел размытые следы крови.
Кроме сына, который жил и работал адвокатом в Бостоне, у пожилой женщины была еще дочь и четверо внуков. Ее муж умер семь лет назад.
