«Умрем за Св. Софию», — говорили новгородцы, когда шли бороться за свою родину. «Хотим поискать Св. Софии пригородов и волостей», — говорили они, когда московские князья отнимали у них земли, которые они считали своими. На площади Св. Софии собиралось и вече, особенно когда выбирали нового владыку. Казна собора была очень велика, но составляла как бы собственность Великого Новгорода, который и брал из нее в случаях особой важности. В соборе хоронили владык, иногда князей и тех граждан, которые удостаивались такой высокой чести, оказав особые услуги городу или сложив голову в бою за веру и новгородскую свободу.
Вообще церковь в Новгороде тесно сливалась со всеми делами города. В церковных подвалах, за тяжелыми железными дверями, хранились товары, а в самих церквах держались лари, где лежали книги с записями разных торговых сделок. У многих старых обветшалых церквей Новгорода и до сих пор сохранились темные подвалы с железными проржавленными дверями.
Обвеянные разными легендами, стоят эти старые церкви, как хранилища истории верований, мыслей и обычаев прежних людей. Почти каждой церкви в Новгороде насчитывается несколько сот лет, почти в каждой, помимо ее архитектуры, сохранилась или часть древней живописи, или какие-нибудь иконы, принимавшие участие в важных событиях города. Пожары или вражеские руки уничтожили бесчисленное количество памятников древнего искусства. Только одной из новгородских церквей посчастливилось почти целиком сохранить древнюю стенную живопись, которой считают более семисот лет. Как видно из летописи «Софийского временника», Спасо-Нередицкая церковь была построена в 1198 году князем Ярославом Владимировичем в местности Нередицы, прозванной так потому, что была не в ряду города, а за чертой Словенского конца.
Стоит церковь Спасо-Нередицы в версте от Рюрикова городища, за рекой Малым Волховцем. Волховец разливается весной, затопляет окрестные луга, и маленькое бедное село с церковью, в которой служат только раз в год, стоит одиноко, окруженная водой. Несколько лет назад церковь была исправлена, причем были сохранены древняя архитектура и весь внутренний вид. Странное и какое-то жуткое впечатление производит полутемная церковь со скудной, обветшалой обстановкой. Сырость и затхлость могильного склепа обхватывает, когда входишь в нее, а со стен смотрят яркие, причудливые образы апокалипсических чудовищ и кроткие лики святых. Направо от входа стена занята целой картиной, изображающей строителя церкви, стоящего перед Спасителем на троне. Князь держит в руках каменную церковь с одной главой, очень похожую на церковь Спасо-Нередицы. На голове у него мягкая княжеская шапка с узорчатым верхом, на плечах узорчатая мантия, под нею светло-голубая ферязь с зеленым оплечьем.
Проповедь строгой жизни и удаления от мира с его соблазнами пришлась по сердцу многим жителям угрюмого севера. Среди необозримых лесов, в дуплах вековых деревьев скрывались и жили первые новгородские отшельники. Их пример увлекал других, и мало-помалу образовывались небольшие скиты, разраставшиеся потом в богатые и многолюдные монастыри. Уже в XII столетии по летописям насчитывается в Новгороде и окрестностях до 20 монастырей. Благочестивые иноки, распространяя христианское учение, были вместе с тем и колонизаторами в пространных и диких пустынях и лесах Новгородских владений. Около монастырей и скитов образовывались селения частью из местных жителей, частью из бродячих дикарей. Первые, вместе с христианством, воспринимали новгородские обычаи и новгородское устройство, вторые обращались в оседлых земледельцев при помощи средств, даваемых монастырями на обзаведение. По всей пустынной стране на северо-восток от Новгорода до северного поморья была раскинута сеть монастырей. От берегов озер Ладожского, Онежского и окрестных рек монастыри проникли до дальнего севера. Там, у холодного, неприютного Белого моря, построили в XV веке преподобные Зосима и Сав-ватий известный и теперь Соловецкий монастырь.
Из монастырей в окрестностях Новгорода самыми древними считают Перынский скит, основанный на месте сброшенного в Волхов Перуна, и Юрьевский монастырь, построенный, как говорят, Ярославом Мудрым в 1030 году. Юрьевский монастырь горел и приходил в упадок несколько раз, пока не был восстановлен в первой половине XIX в. на средства графини Орловой-Чесменской. Теперь это один из богатейших монастырей России. Издалека виднеются золотые главы его церквей, возвышающихся на правом берегу Волхова, против Рюрикова городища.
