Как в ретроспективном кино, я стал отматывать все кадры, связанные с долбанными лицензиями, пока не пришел к самому первому звоночку, на который обязан был прореагировать трезво. А вместо этого повелся, как младенец, и проглотил наживку. Анонимный имейл от некоего Саймона с номером телефона, таинственной фразой (я так и не нашел ее первоисточник, хотя грешил на пьесы Шекспира) и указанием имени человека, который якобы может помочь. Вот, на что я купился в самом начале. Затем я гуглил «Вуди Венчерз». Думаю, для них, для тех, кто все это придумал, мои действия подчинялись обыкновенной логике, и поэтому были хорошо предсказуемы. В том, что «Вуди Венчерз» действительно существует, сомнений не было. Но, скорее всего, ни Прайда, ни Осборна там нет. И никогда не было. В первый раз некто, назвавшийся Осборном, набрал меня сам, через типа секретаршу. И, наконец, их гениальное решение предложить скайп вместо личной встречи. Я сам был виноват. Ведь он дал мне выбор. Видимо, зная, что полету в знойную Калифорнию я предпочту беседу. Да и что это могло изменить? Для мошенников высокого полета снять офис в престижном районе Лос-Анджелеса и обставить все так, что комар носа не подточит, – не проблема. Ай да Осборн! Вот тебе и шабаш ведьм. Я открыл папку и всмотрелся в копии с доверенностей на управление лицензионными правами. Все подписи уполномоченных лиц, представляющих столь уважаемые во всем мире организации, выглядели подлинными, и каждая из них была заверена нотариально. Это могло стать нашей зацепкой. Хоть какой-то. Хотя, где гарантия, что нотариусы с такими именами и номерами в реестре действительно существуют? Джордж все еще был в моем кабинете. С явно растерянным видом, он не понимал, как реагировать на происходящее. Я отпустил его и вызвал Карла. Проверь, пожалуйста, кто в учредителях «Эс Джи Лимитед», которой мы платим за лицензии. Это первое. Второе – нужно пробить в реестрах данные по всем нотариусам, заверявшим вот это. Я протянул ему копию приложения, которую он, конечно же, уже видел. Что-нибудь стряслось? – спросил Карл, как всегда, невозмутимый. Да, ответил я, скорее безучастно. По-моему, нас поимели. Он вышел. Я остался один. Сказать, что я был раздавлен – значит, не сказать ничего. Все статуэтки, накопившиеся в моем убогом жилище за последние полтора года, ничего не значили по сравнению с той, которую только что внесли, с корнем вырвав двери и развалив половину кухни. Гигантский исполин запечатал вход своим гранитным постаментом. Его могучее волосатое предплечье лежало на полу гостиной и заканчивалось средним пальцем с грязным ногтем, разбившим этажерку в спальне. За стеклом моего кабинета суетились какие-то люди. Они что-то решали. О чем-то договаривались и кому-то звонили. Они еще не знали, что мы уничтожены. Этот офис и все, что с ним связано, уже сутки как был ничем, робкой фантазией обманутого человека. И на дворе была пятница, почти конец рабочего дня. Я понимал, что выходные не переживу. Просто повешусь. Или сойду с ума. Мне стало жалко всех этих ребят, смышленных и организованных, которых я обманул, внушив надежду. Но мне предстояли вещи пострашнее. Я почти наверняка потеряю бизнес. И останусь должен арабам еще почти пять миллионов. Сумму, которую мне никогда не собрать и не заработать. Они это тоже знают. И вполне могут решить вопрос кардинально. У папаши шейха есть тайный закуток в отдаленном дворце в пустыне, где в особой комнате стоят банки с заспиртованными гениталиями его должников. Эдакая кунсткамера. Карл вызвал меня по внутреннему. Данных по учредителям на сайте секретаря штата нет. В Калифорнии они могут указывать только организаторов. Так по закону. Организатор «Эс Джи Лимитед» некто Саламан Вайз. Есть адрес регистрационного агента. Ясно. Спасибо, Карл, сказал я. И отключился. Мудрый Соломон. Да. Хитрый. А теперь еще и богатый.Почти тотчас по селектору я услышал голос Кристины, которая сообщила, что на проводе «Вуди Венчерз». Я ответил. Звонила некая Нора из юридического департамента. По просьбе мистера Осборна она хотела сообщить… Но в этот момент у меня натурально снесло башню. И судя по тому, как тотчас замерло все живое за стеклянной стеной, я послал ее на хрен и заорал, что хочу немедленно услышать самого этого гребаного Осборна или как там его еще. А если нет, то я его, суку конченую, достану из-под земли, ногтями вышкребу, вызгрызу и разотру в суфле, и намажу на тонко нарезанный французский батон. На том конце бросили трубку. Через минуту заиграл мой мобильный. Потом я услышал уже знакомый мне деловой голос. Что случилось Джонаттан? Это ты у меня спрашиваешь? – ответил я. Ало, сказал он. Это Клайв Осборн. А мне насрать, сказал я. Где мои деньги? Вы втюхали нам какаое-то фуфло вместо лицензий, с нерабочими телефонами и думаете… Джонаттан, оборвал он меня. Джонаттан. Послушайте. Я не знаю, что там происходит. У вас сейчас стрес. А у нас пожар. Только из уважения к мистеру Прайду я сделаю вид, что ничего из сказанного не слышал. Вы проспитесь. Примите успокоительное. В понедельник наберете меня – он назвал номер – и начнете с искренних, глубоких извинений. И я хочу – вы слышите Джонатан? – я хочу, чтобы пол Чикаго было устлано пеплом, которым вы станете посыпать свою горячую голову. Вам понятно? Я считал вас разумным человеком. У нас годовой бюджет – три миллиарда. Семьдесят лет репутации. Вашими миллионами мы даже подтираться не станем. Вам ясно? Говорю еще раз. Понедельник, десять ноль-ноль. Если что – порекомендую вам отличного психиатра. Он повторил номер своего мобильного и отключился. В кабинет снова постучали. Дверь слегка приоткрылась, и я увидел взволнованное лицо Джорджа: включи новости, CNN. Я не успел набрать адрес в браузере, как во всю ширину экрана загорелся сюжет с пульсирующей красной строкой – пожары в Калифорнии. Губернатор объявил чрезвычайное положение. Жители покидают зону поражения. Тысячи жителей и работников офисов принудительно эвакуированы. Все затянуто дымом. Полиции помогает национальная гвардия и отряды добровольцев.
