Чингисхан полностью

Осенью 1937 года в Ограду Господина прибыл неожидан­ ный гость. Он назвался представителем императорской японской армии в Баутоу, городе, расположенном в ста ки­ лометрах к югу. Он выставил ряд требований. Власти долж­ ны были объявить, что они против обеих китайских партий и за японцев, и передать восемь Белых юрт со всем их содер­ жанием под защиту японцев. Японцы поняли, что тот, кто правит в Ограде Господина, тот и держит в своих руках клю­ чи от Монголии и этой части Китая, и что тот, кто правит монгольскими землями, тот и располагает прекрасной ба­ зой для начала захвата остального Китая и Сибири. Внезап­ но реликвии Чингиса, сама душа Чингиса сделались ключом к империи в Азии.

Шаке, глава провинциальной администрации, оказался в пиковом положении. Реликвии находились тут 700 лет, мо­жет, больше, может, меньше, и местные монголы охраняли их так, будто «берегли собственные глаза», кроме того, со­ всем неподалеку стояли войска националистов. Шаке на­ шелся и сказал, что, если Мавзолей перевезти в другое место, начнутся беспорядки, которые вряд ли нужны японцам. За­ хватчики поняли его и отказались от своих требований.

Но их действия уже нанесли ущерб ситуации. Многие монголы в Китае присоединились к собственному движе­ нию за независимость, другие обратились за помощью к на­ ционалистам, прося их перевести реликвии в безопасные, недоступные для японцев места. Гоминдановское прави­ тельство дало согласие и планировало перевезти все на гру­ зовиках и верблюдах в горы к югу от Ланьджоу на Желтой ре­ ке, за 600 километров на юго-восток. Эти места выбрали по соображениям безопасности, хотя в числе аргументов в пользу такого решения было то, что от него недалеко (всего- то 150 километров!), за горами Люпань, Чингис провел свое последнее лето.

332

17 мая 1939 года двести солдат националистической ар­ мии без предупреждения приехали в Мавзолей, вызвав тре­вогу местных жителей, которые встали перед ними стеной и не давали им пройти. Представитель националистов объяс­ нил, что нужно защитить это место от «дьяволов Восточного Океана». Паника сменилась переговорами. Националисты по­ обещали, что все расходы будут оплачены, что часть Черных шапок может сопровождать обоз и что будет разрешено про­должать все церемонии. Новость распространилась мгновен­ но. Сотни, потом тысячи людей пришли к восьми Белым юр­ там и провели ночь, отправляя церемонии при зажженных фонарях, плача и вознося молитвы, пока юрты разбирали и нагружали на повозки. На рассвете колонна двинулась в путь, задержавшись на какой-то момент, когда один старик распро­ стерся перед ней в пыли. Говорят, один из сопровождавших колонну солдат сказал другому: «При такой преданности не­ удивительно, что Чингисхан побеждал во всех своих войнах». Как писал один журналист, повозки медленно прошли через «море слез» и также медленно двинулись на юг, в сторону Яна- ни, им предстоял путь в 400 километров.

Янань была базой Центрального комитета Коммунистиче­ ской партии. После переговоров, которые не были оформле­ ны письменным документом, коммунисты позволили кон­ вою, сопровождавшемуся националистическим континген­ том, вступить на их территорию. Поскольку Чингис был, конечно, китайским императором, а весь Мавзолей китай­ ской реликвией, старались превзойти друг друга в восхвале­ нии Чингиса как символа китайского сопротивления за­ хватчикам и рассматривали его не как основателя монголь­ской нации, а как основателя Юаньской династии. Поэтому в этом, на первый взгляд альтруистическом жесте просмат­ ривалась политическая подоплека: монголы не должны забы­ вать, что завоевания Чингиса были вовсе не завоеваниями, а небольшими трудностями, которые привели к тому, что ки­ тайское большинство недолгое время управлялось, не ино-

333

ДЖОН МЭН

ЧИНГИСХАН

странцами, конечно, а китайским меньшинством. Короче го­воря, они должны помнить, что Монголия - это часть Китая.

Таким образом, в середине июня коммунисты оказали Чингису честь. Повозки с верблюдами заменили восьмью гру­зовиками, один грузовик на каждую юрту, а первую машину с гробом задрапировали желтым атласом, конвой встречали 20 000 человек, собравшихся на улице, ведущей к помеще­нию, которое должно было стать похоронным залом. Здесь на гигантском свитке было начертано, что Чингис был «Ги­ гантом Мира», рядом красовалась стихотворная надпись:

Монгольская и китайские нации сплотились еще больше, Продолжая традицию духа Чингиса бороться до конца.