Чингисхан полностью

Кроме того, то, что не расстояние для стервятника, стано­ вится бесконечностью для неопытного и к тому же вечно спешащего путешественника. Дорога туда, даже если она сейчас проезжая, заканчивается болотом, вдающимся в по­ нижение между двумя холмами, которое, в свою очередь, за­ канчивается болотом, из которого вытекает река, а затем еще 20 километров, пока дойдешь до подножия горы. Я воз­ разил, что люди добираются туда каждый год, чтобы почтить память Чингиса. Да, но монголы добираются туда на лоша­ дях, медленно, большими группами. Для меня это будет кош­ маром логистики. Все эти места расположены на террито­рии ненаселенного Национального парка Хан Хентей. Там не найти никаких скотоводов, чтобы разживиться пищей и ночлегом. Нет никаких гарантий, что туда проедет машина. Если я решу ехать на лошадях, их нужно нанимать в Монго- морте, это 70 километров от горы, и только добираться до горы придется дня два, а это, в свою очередь, означает, что все мероприятие нужно готовить загодя, за несколько не­дель по меньшей мере. Мне понадобится проводник и кто- нибудь присматривать за лошадьми, готовить пищу, натяги­ вать палатку, и для него нужна четвертая лошадь. Вся эта опе­ рация будет громоздкой и достаточно растянутой во време­ ни, так что все население окружающих местностей будет о ней знать, что повлечет за собой необходимость обзаво­диться официальными разрешениями, поскольку Бурхан Халдун часть национального парка. Если я попробую проби­ раться туда на «уазике» со своими тремя спутниками, то всту­ плю в конфликт с местным табу. Возвышенность, которую придется пересекать, еще с добуддийских времен считается священной. Даже ламам запрещено ходить туда, как не мо­жет появляться там, и женщина. Гойо придется остаться на кряже. Лучше выбросить эту мысль из головы.

371

джон мэн

ЧИНГИСХАН

Я этого сделать не мог. Я должен был попытаться взгля­нуть на священную гору Чингиса хотя бы издалека. Нужно действовать просто, быстро, не рассуждая и надеяться на лучшее.

На следующее утро мы двинулись на север по лабиринту автомобильных следов между темно-коричневыми домика­ ми и палисадниками Монгоморта. Он очень походил на го­ родок Старого Запада до того, как там появились дороги и ограды, и имя у него было очень подходящим — «У Серебря­ ной Лошади». А там, за выездом из него, на несколько часов нас ждало счастье, какого не получишь, отправляясь в путь верхом, — врывающийся через открытые окна ветер выдува­ ет мух, «уазик» легко мчится по открытой саванне, в километ­ ре среди осин и берез красиво извивается Керулен, а впере­ ди манящие громады гор.

Нам пришлось остановиться на чай в какой-то юрте, по­следнем обиталище человека перед Национальным парком , Хан Хентей, и здесь мы получили небольшое предупрежде­ ние о подстерегающей нас опасности. Сидя на маленькой табуреточке с левой стороны центрального очага, как и при­ личествует гостю, я заметил два портрета среди фотогра­ фий, что в семейных гээрах заменяют сегодня домашних бо­ гов. Один был портрет Сталина в привычном обличье «дя­ дюшки Джо» - русские ушли из Монголии так безжалостно быстро в начале 1990-х годов, а отказ от коммунизма был на­ столько решительным и полным, что удивительно было уви­деть хоть какие-то остатки былого уважения. Другая картин­ ка была детским рисунком Чингисхана, произведением две­ надцатилетнего мальчика, который сейчас учился в школе- интернате. Была ли какая-то связь межу этими двумя автори­ тарными фигурами? Не успела эта мысль зародиться у меня в голове, как на улице раздались конские копыта и крик: «Волк! Напал на коз!»

В секунду у кого-то в руках было ружье, и все мы, нас чет­ веро и еще двое мужчин, были в машине. Нечего и говорить,

372

это касалось и нас, потому что единственное, что мы могли предложить за гостеприимство, была наша машина. Мы подъехали к стаду — несколько десятков баранов и коз, испу­ ганно сбившихся в отдалении, и только маленький комочек лежал на земле перед нами. Волка и след простыл, конечно. Жалобно блеявшая овечка оказалась маленьким ягненком, из каверны в брюхе у нее текла кровь. Двое мужчин перевер­ нули ее брюхом вверх. Рана была ужасная, кишки вывали­ лись на траву, часть из них съел волк. Ясно было, что долго ягненок не протянет.

«Мы оставим его здесь, — пояснил один из мужчин. — Волки возвращаются к своей добыче. Может, удастся под­ стрелить его».

Я почти ждал, что сейчас будет выстрел. Ничего подобного, один из мужчин вынул складной нож, не торопясь, твердой ру­ кой вогнал его в грудную полость, потом сунул туда руку и вы­ тащил сердце. Ягненок ни звуком не среагировал, наверное, он уже не чувствовал дополнительную боль, и операция, порази­ тельно спокойная и удивительно впечатляющая для посто­роннего глаза, завершилась в считаные секунды.