Чингисхан полностью

Через час после того, как мы покинули гору, перед нами во всю высоту, как баррикада, встал Порог. Эрдене совершенно определенно знал, что объехать болото дальним путем по краю не получится. Оставалось попробовать крутой, прямой и в равной степени невозможный путь непосредственно от реки и на ово, что стоит на горе. Он не спеша прошел всю до­ рогу, готовясь к штурму чересполосицы разбитых колей, плутающих между кочками и теряющихся на участках раз­мокшей почвы. Я начинал видеть цель в его кажущемся бе­ зумным решении. Тут и там колеса наших предшественни­ков не превратили почву в жидкое месиво, а на краю, за ли­нией ивового кустарника, виднелся кусочек твердой почвы, который, наверное, раньше был частью пешей тропы, и на нем не было следов автомобиля.

Мы с Туменом остались на склоне и смотрели, как Эрдене развернул машину на крайнюю колею, нажал на скорость и тронулся по кочковатому, но плоскому участку дороги, с ре­ вом начал подниматься по нижнему склону и встал, уткнув­шись в четыре вырытые его колесами собственные могилы. Он вылез из машины, оценивая ситуацию, попробовал но­ гой почву. Теперь стало понятно, почему он выбрал путь по этой крутой дороге. Он завяз не намертво, так как мог поль­ зоваться силой земного притяжения, чтобы подать машину назад и выскочить из грязи по самые оси. Он отъехал назад, как это делает прыгун в длину, измеряя разбег перед прыж­ ком, поддал газу и снова кинулся вверх по склону. И снова за­ вяз, на этот раз несколько выше, снова попробовал землю и

400

там и сям, опять подал назад почти до самого конца боковой колеи. Теперь мне была понятна стратегия, которую он пы­ тался применить, — соединить скорость и направление с тем, чтобы иметь возможность перепрыгивать с одного твердого участка на следующий, от этой высушенной солн­ цем кочки до того ивового куста, а там до оставшегося не­ тронутым пятнышка зеленой травы и при этом пользуясь ка­ ждой новой опорной базой для того, чтобы не потерять ско­ рость. Но каждое такое твердое пятнышко представляло свои трудности, и каждый новый метр продвижения вперед был замешенным на болотной слякоти перемолотыми ко­ леями. Это было все равно что пытаться попасть в цель рико­ шетом, сидя на пуле. Он попробовал этот маневр дважды, но оба раза неудачно. Он еще семь раз подавал назад, выстрели­ вал, делал рывок вперед, невероятно подскакивая на кочках, почти переворачиваясь в рытвинах, страшно визжа колеса­ ми, когда они в очередной раз зарывались в густую жижу, и тут же давал задний ход. Единственно, что внушало мне не­ которую надежду, так то, что при всем этом он оставался аб­ солютно невозмутимым и что некоторые из его попыток вы­ носили «уазик» на метр-другой вверх по склону.

Десятая попытка была чистым волшебством. «Уазик» по­пал на твердую кочку, выскочил на жесткую траву, вломился в ивовый куст, из него попал на тропинку и галопом, взбры­ кивая, как дикий зверь, промчавшись мимо меня, исчез за гребнем горы. За полминуты снизу вверх. Блестящая демон­ страция продуманных действий, уверенности в себе, мас­терства и непоказной смелости.

Мы побежали, чтобы присоединиться к нему наверху. В последний раз я чувствовал такой прилив радости, когда смотрел первую высадку человека на Луне. Может быть, моя реакция была несколько экспансивной, но последние три дня были настоящими «русскими горками», когда меня по нескольку раз бросало от экстаза к разочарованию. И ника­ кого значения не имело, что в последний бешеный рывок у

401

ДЖОН МЭН

нашего джипа лопнула пружина. Свое восхищение я про­ мямлил дрожащим голосом, как взволнованная встречей со своим кумиром девочка — поклонница таланта:

- Ты когда... когда-нибудь такое делал раньше?

— Сколько раз. Ведь я двадцать три года за рулем.

Почему мои спутники согласились на такие приключе­ ния? У меня есть теория: когда исследователи человеческого генома наконец возьмутся за монгольские гены, они откро­ют нечто уникальное: ген верности, результат мутации, ко­ торая позволила скотоводам колонизовать степи 4000 лет тому назад. Это генетическое наследие Чингиса, которым он пользовался и в жизни, и в смерти, гарантировало то, что его благополучно доставят к тайной могиле, то, что у меня в по­ исках ее будут надежные спутники, и то, что его потомки, ес­ ли им это станет известно, навечно сохранят тайну его захо­ ронения.

¹⁸

ПРОРОК ВЕЧНЫХ НЕБЕС

Я НЕ ПЕРЕСТАЮ УДИВЛЯТЬСЯ ЧИНГИСУ, ТОМУ, КАКОЙ ВЛАСТЬЮ ВСЕ