ского нашествия. Но многим другим целям она послужила. Ею пользовались как поднятой над уровнем земли дорогой для переброски войск и наблюдения за тем, что делается по ту сторону стены, она служила разметкой границы, чтобы крестьяне знали свое место и можно было выбивать из них налоги, а также в качестве доказательства способности правителя набирать огромную рабочую силу и заниматься ги гантскими проектами. Великая стена и ее предшественницы были символами силы и власти, точно так же, как военная мощь и богатство современных диктаторов.
Они также служили символом вековых предрассудков, ду ховной Великой стены, которая огораживала территорию цивилизации. Говоря словами китайского историка II века до н. э. Сыма Цянь, внутри стены «те, кто наряжен в шапку с кушаком 1 , вне стен - варвары». Кочевники - антитезис доб родетели и разума, страшная, изрыгающая зло противопо ложность культуры — находились буквально «за пределами культуры», отделенные от нее палисадом цивилизации. Борьба с варваром — удел правителя, доказательство его дее способности и оправдание взятой им на себя власти, и стена была внешним наглядным олицетворением его долга. Эта борьба была бесконечной, потому что никакая политика не могла продержаться сколько-нибудь долго. Так или иначе, объявлялись кочевые кланы или вожди, которые попирали договоры, их армии подходили под стены и прогоняли кре стьян-земледельцев с только что колонизованных ими зе мель назад, в давно освоенные сельскохозяйственные рай оны. Кочевники проникали даже сюда, захватывали города, иногда свергали династии и основывали свои собственные (как в стародавние времена сделали юрчены), потом они подпадали под влияние цивилизации, их захватывал про цесс разложения, они урбанизировались, и, в свою очередь, подобно своим предшественникам, они сталкивались с «проблемой кочевников».
То есть ученые. -
74
ЧИНГИСХАН
Так что же происходило с демоном, стоило ему очутиться внутри Стены? А происходила волшебная трансформация. Очутившись внутри стен, демон переставал быть демоном, теперь это был всего лишь китайский правитель. Его присут ствие внутри Стены делалось доказательством не военной мощи кочевников, а мощи Китая, способного цивилизовать даже самые демонические силы. Сам Чингис претерпел бы трансформацию, которой так страшился, выйдя (как это по считали бы китайцы) из своего варварского кокона и преоб разившись в затмевающего своим величием солнце основа теля китайской династии. Именно такую трансформацию уже прошел Хо-Л ома, император династии Цзинь к тому мо- менту, когда в 1140-х годах к нему с визитом прибыл Кабул. Это и послужило причиной, почему так оскорбились китай ские военачальники непочтительным жестом Кабула и что заставило их затаить мечту о мести и с нетерпением ждать дня, когда смогут всласть поглумиться над ним.
Они отыгрались на Амбакае, преемнике Кабула, после то го как он был пленен татарами, находившимися в вассаль ной зависимости от Цзинь. В других обстоятельствах за него был бы уплачен выкуп и он возвратился бы к своим, но тата ры решили угодить своему сюзерену и выдали ему Амбакая. Его казнили необычайно изощренным методом, распяв на решетке, называвшейся «деревянным ослом».
Сразу после захвата его татарами Амбакай успел передать монголам слова, которые стали для его наследников девизом сплочения: «Пока не лопнут ногти на пяти ваших пальцах, пока не отвалятся все ваши десять пальцев, сражайтесь, что бы отомстить за меня!»
Китула, двоюродный дед Чингиса, выполнил завет Амба- кая и совершил несколько налетов на татар и Цзинь, за что получил прозвище Монгольский Геркулес. О нем говорили, что у него громоподобный голос и вместо рук медвежьи ла пы. Он за один присест съедал целиком овцу и мог запросто сломать человека, как стрелу, пополам. Но сила еще не гаран тия победы. Около 1160 года при обстоятельствах, не оставивших след в истории, Цзинь нанесли монголам сокруши-
ТЕ
ДЖОН
ЧИНГИСХАН
тельное поражение. Их кланы вновь остались без лидера, монголы перестали быть нацией.
В течение нескольких лет монголы были погружены в пу чину анархии. Наступили худшие времена. Через два поко ления, как утверждает
Поверхность земли
Вывернулась наизнанку,
И все монголы пошли друг на друга.
