Чингисхан полностью

Женщины могут петь сильными пронзительными голо­сами, выводя трели и фиоритуры, похожие на болгарскую или греческую манеру пения, которую хорошо знают люби­тели «мировой музыки». Мужчины часто пользуются таким же исполнительским стилем, но если они из Западной Мон­ голии или из оленеводческих районов к северу, то для них типичны двух- и даже трехтональные рулады, похожие на флейту носовые звуки, которые плывут густым грудным ба­ сом. Героические легенды мужчины исполняют низким гор­ танным голосом. Форма и содержание для каждой местно­сти свои. Некоторые утверждают, что в песнях отражается местный пейзаж и что, например, мелодии Западной Монго­ лии похожи на их скалистые горы с высокими пиками и глу­бокими ущельями, а степные мелодии протяжны и растека­ ются волнистым ковылем бескрайних просторов востока Монголии. И к каждому выступлению — отношение самое серьезное. К нему относятся как к ритуалу, соблюдая тради­ ционные формальности, ибо музыка и песня обладают ог­ ромной силой. Есть песни, которые изгоняют демонов, есть песни, которые вызывают духов леса, гор и погоды (ни в ко­ ем случае не следует свистеть в юрте, так как свист вызывает духа ветра, а в юрте и без того много духов). Из бытующего сегодня музыкального материала мало что сохранилось с XIII века, но нет оснований сомневаться, что позднейшие традиции родились на глубокой и очень разнообразной почве.

Не приходится сомневаться, что у поэтов-певцов, собрав­ шихся в Авраге летом 1228 года, не было недостатка в древ­них легендах о происхождении их народа. Ныне же появил­ ся новый предмет воспевания — возвышение Чингиса, рож­ дение нации, основание империи. Но тогда это было совсем недавним прошлым. События и истории, уже закрепившие­ ся в фольклоре, все еще представляли собой живую память

27

ДЖОН МЭН

ЧИНГИСХАН

участников событий. Факт обретал новую форму в поэзии и легендах и, возможно, претерпевал искажения. Наверняка кое-кто из стариков в Авраге ворчал по поводу того, что мо­ лодежь ничего не знает. Но это не совсем так.

Самые блестящие и самые лучшие из монгольского Каме­ лота теперь владели и одним очень важным новшеством. За двадцать лет до смерти Чингис, вождь кочевников, стал им­ перским правителем. К этому моменту он осознал, что пра­ вить царством, в состав которого входят города и оседлое население, пользуясь лишь одним устным словом, не полу­ чится. Нужны законы и система их применения, нужно вести записи, протоколы. Всего этого не создать, если монголы не научатся писать. Для не умевшего ни читать, ни писать пле­ менного вождя эта мысль была очень смелой, потому что од­ новременно служила укором его собственному невежеству. Возникал вопрос: какую письменность принять? У китайцев было письмо, но на освоение его требуются годы и годы, к тому же ни одного монгола силком не заставишь, не то что по желанию, перенять что-либо от презренной нации зем­ ляных червей и городских жителей, которых судьбой пред­ начертано покорить. Некоторым соседним тюркским пле­ менам письменность досталась от предков. Вполне возмож­ но, что Чингису самому доводилось видеть их выбитые на камне надписи. К счастью, у недавно покоренных найманов имелась своя письменность, которую они переняли от уйгу­ ров, живших в области, относящейся к Западному Китаю. Знаки этой письменности располагались вертикальным столбиком, и она пришла к найманам 300 лет назад из Со-гдианы и считалась письмом и языком народов Централь­ ной Азии, ее лингуа франка с V века. Согдийские же письме­ на уходят корнями в арамейский язык, который, в свою оче­ редь, является ответвлением древнееврейского. Достоинст­ вом найманской письменности и ее преимуществом было то, что она основана на алфавитной системе и легко читает­ ся. Чингис велел своим сыновьям адаптировать ее к мон-

гольскому языку и с ее помощью создать аппарат управле­ ния империей. Во Внутренней Монголии ею все еще про­должают пользоваться.

В Авраге в 1228 году летописцы и источники оказались рядом. Кому-то пришла в голову мысль, что другого такого случая закрепить легенды и недавние события на бумаге мо­ жет и не случиться больше и сделать это надо, уделяя главное внимание самым важным событиям монгольской исто­ рии - возвышению Чингиса. Так и вышло, что кому-то пору­ чили заняться первым монгольским письменным памятни­ком — книгой под названием «Тайная история монголов». Последнюю точку в ней поставили, как отмечено в ее по­ следнем параграфе, «во времена Великого Собрания, в Год Крысы и в Месяц Косули, когда на Семи Холмах, что на ост­ рове Ходо Арал на реке Керулен, устанавливали дворцы».