Осмотревшись, федерал увидел её в свете упавшего фонаря. Марго лежала в нескольких метрах впереди на полу, верхом на ней сидел культист и давил на горло. Девушка сопротивлялась, но силы стремительно покидали её.
Ковальский хотел было схватить пистолет, но тут же осознал свою ошибку.
Буквально сразу у него родился другой план…
Маргарита Романова почти ничего не видела: её глаза слезились. Хотелось кричать – от страха и невероятного желания жить. Но горло было пережато, кислород перекрыт, лёгкие горели.
В мозгу проскочила лишь одна мысль.
Неожиданно хватка жреца ослабла, пальцы его чуть разжались, а затем послышалось два тихих хлопка. Взвыв от боли, сеттит перекатился в сторону.
Марго мгновенно села, опершись на ладони, и стала жадно глотать ртом воздух. У неё появилось желание сбросить противогаз, но она его тут же подавила. Пережив попытку удушения, умереть от отравления сероводородом было бы глупо.
Из темноты возник Ковальский. Бивший снизу свет фонаря заложил глубокие тени на его лице и теле. В руках он держал пистолет и статуэтку Шу.
– Ловкость рук и никакого мошенничества… – ухмыльнулся он.
Не осознавая толком, что делает, Марго инстинктивно бросилась к нему и крепко обняла за плечи.
– О боже… Что это…
Бросив взгляд на корчившегося рядом жреца, Марго догадалась, что Ковальский прострелил ему обе коленные чашечки. А дабы возникшая при выстреле искра не подожгла газ в зале, лейтенант упёр ствол в одежду врага, а сверху накрыл своей.
– Все ратные подвиги перескажу потом, – поторопил её Ковальский. – Надо бежать, пока нас не раздавило…
Он указал пальцем на потолок, и Марго ужаснулась. Теперь ей стало ясно, откуда шёл тот странный звук работающих шестерёнок. Массивная монолитная каменная плита угрожающе опускалась всё ниже и ниже. От четырёхметрового потолка не осталось и следа: теперь высота зала была вдвое меньше.
Ковальский помог Марго встать на ноги и вручил фонарь.
– Но сначала…
Не договорив, он навис над жрецом и прицелился. Сеттит, казалось, уже свыкся с болью и встретил ствол, направленный ему прямо в лоб, с нечеловеческим спокойствием.
– Где Омбос? – холодно спросил Ковальский так, будто опускавшегося потолка и ядовитого газа в помине не было.
Глядя на федерала из-под разбитой маски, уродливый жрец хрипло усмехнулся:
– И с чего ты взял, что я тебе скажу? Что выдам своих братьев взамен на собственную жизнь?
– А почему бы и нет, – пожал плечами Ковальский, взглядом указав на потолок. – Вон, антураж вполне подходящий…
Марго, бросившая испуганный взгляд на опускавшийся всё ниже и ниже каменный свод, почувствовала, что холодеет.
Такой поступок сам по себе ужасал Марго скорее из меркантильных соображений. Инстинкт самосохранения требовал немедленно бежать, а мощная фигура Ковальского, прежде казавшегося ей примером благоразумия и холодного ума, но решившегося допрашивать культиста с риском для собственной жизни, внушала панический страх.
– Не дождёшься, – процедил жрец, которому каждое слово давалось всё труднее. Проникавший через дыры в разбитой маске сероводород делал своё дело. – Я ничего вам не скажу, даже перед лицом неминуемой гибели. Так что лучше покончи с этим и пристрели меня. Всё необходимое я и так узнал…
Последняя его фраза насторожила Марго. Что имел в виду жрец? Что такого он успел узнать и почему это уже неважно? Потому что неведомая ей, но ценная для сеттитов информация только что была направлена в их штаб?
Вопросы роились в голове, не успевавшей находить на них ответы. В висках стучала кровь. Потолок храма Шу становился всё ближе к полу.
– Нет, я не стану этого делать, – с презрением сказал Ковальский, убирая пистолет за пояс. – Твой брат по Ордену не добил нас в храме Ра, так что я сделаю ответный жест, оставив тебя в живых. Чтоб ты узнал, какого это – умирать без единого шанса на спасение.
Ковальский многозначительно кивнул на простреленные колени жреца. При всём желании он не сможет убежать, даже подгоняемый страхом за свою жизнь. Ему оставалось только ползти как можно скорее, пока сероводород медленно, но верно отравлял его тело и разум. Марго поразилась расчётливости и хладнокровию Ковальского: не добившись ни слова от культиста на этом импровизированном допросе, он обрекал его на мучительную смерть.
– Будь по сему… – прохрипел жрец и закашлялся. – Вам всё равно не дойти до конца. Не отыскать Омбос… Вы слишком слепы для этого.
– Это мы ещё посмотрим… – с вызовом ответил Ковальский, хотя Марго с ужасом понимала, что жрец абсолютно прав.
Они так и не нашли указание на следующий храм или Нубет.
