В отчаянии, она несколько раз толкнула тяжёлый и холодный камень, но тот не поддался. Никакого хруста, скрежета или движения. Древние строители позаботились, чтобы никто не смог забрать из храма статуэтку Тефнут.
И вдобавок они вознамерились утопить незваных паломников.
Сидевшая на берегу Белого Нила Алиса Маркова не могла найти себе места. Она корила себя за то, что никак не воспротивилась решению Ковальского взять Ратцингера и Марго с собой.
Теперь все трое могли погибнуть в очередной смертельной ловушке. А без немца им с Ряховским точно никак не дойти до конца пути. Загадки сложны, а выйти в Интернет, чтобы попытаться найти ответ на очередную загадку в Гугле, они не рискнут.
Не зная, что делать дальше, Алиса в бессильной злобе уставилась на Ряховского, сохранявшего самообладание и спокойствие.
Федералам следовало отправиться туда вдвоём, пока остальные консультировали бы их по рации. Эх, если бы она на самом деле была руководителем всего этого безумного мероприятия…
Алиса замерла, обдумывая свою внезапную мысль.
Впредь не стоило оставаться в стороне. Она вовсе не бесполезный балласт и может реально помочь.
Вода доходила уже до плеч, и не было никаких признаков, что её подъём замедляется.
– Чтобы выбраться отсюда, надо решить эту чёртову загадку! – закричала Марго.
– Только в таких обстоятельствах ничего дельного в голову не идёт, – признался Ратцингер, лихорадочно переводя взгляд с одного элемента барельефа на другой.
Мысленно Марго отмела первые две строчки стихотворения. С ними уже разобрались. Они указывали на местоположение храма, а оставшиеся наверняка давали подсказку, как выжить в этой смертельной ловушке.
Марго приблизилась к барельефу, который стремительно скрывался под водой. Как и Ратцингер, она бегала взглядом по фигурам животных и растений, пока Ковальский занялся статуей самой Тефнут. Лейтенант бесцеремонно трогал и проводил ладонью по всем контурам женской фигуры в поисках потайной кнопки или рычага. Но все без толку.
Опустив ладони под воду, Марго нащупала морду павиана, но тут же отмела этот вариант. Затем двинулась дальше по поверхности барельефа, прогоняя в голове всех зверей, которых успела увидеть. Ей это давалось с трудом, поскольку на мозг давил шум прибывавшей воды.
Когда пальцы наткнулись на изогнутые линии прядей львиной гривы, её осенило.
Ёжась от холода, Маргарита ощупывала каменную голову льва. Из-за вздымавшейся пены от падающей за её спиной воды девушка почти не видела зверя, поэтому пришлось полагаться на осязание. Она ощупала гриву, уши, лоб, затем спустилась ниже – глаза, нос, пасть.
К этому моменту ледяная вода уже была ей по подбородок. Одежда вся вымокла насквозь и прилипла к телу, лишь усиливая ощущение холода и неотвратимости скорой гибели.
В пасти льва она ощутила какие-то шероховатости, которые поначалу списала на повреждения из-за многовекового воздействия влаги. Задержавшись на них, Маргарита поняла, что неровности образовывали определённый рисунок из выступов и впадин, обрамлённый квадратной рамкой.
– Я что-то нашла! – закричала она изо всех сил. Ратцингер и Ковальский бросились к ней, вода сильно замедляла их движения. – Тут какой-то паз, в нем чего-то не хватает.
– И чего же?! – вскричал Ковальский. – Как мы тут что-то найдём в этом кошмаре?!
– А знают то лишь ящеры одни! – напомнил Ратцингер последнюю строку послания сеттитов. – Видимо, это своеобразный ключ, который спрятан у ящеров. А единственные ящеры тут – это нильские крокодилы.
Марго вспомнила, что изображение крокодила было в самом низу барельефа и давно уже скрылось под водой. Зал был затоплен уже настолько, что ей приходилось задирать голову вверх, чтоб не захлебнуться.
– Я посмотрю, что там со статуей ящера, – громко сказала Марго, силясь перекричать грохотавший поток двух водопадов.
