Весной 1905 г. правящие круги могли надеяться лишь на 2-ю Тихоокеанскую эскадру. Только 12-дюймовые пушки броненосцев адмирала З.П. Рожественского могли переломить ход войны и отложить в долгий ящик возвещенные реформы. Путь эскадры вокруг мыса Доброй Надежды, вспоминал В.Н. Коковцов, «держал всех нас в каком-то оцепенении, мало кто давал отчет в шансах на успех задуманного небывалого предприятия. Всем страстно хотелось верить в чудо, большинство же просто закрывало себе глаза на невероятную рискованность замысла»168. Чуда не произошло. Эскадра прошла три океана, чтобы погибнуть 14-15 мая 1905 г. у острова Цусима. Телеграмму о Цусимском поражении Николай II получил в поезде. С траурными лицами свита собралась в столовой. «Вошли поодиночке, сели молча. Никто не решался заговорить о зловещей телеграмме. Молчание было прервано царюм. Он заговорил о бывших в тот день смотрах войск и других незначительных событиях. В течение часа ни одного слова о Цусиме не было упомянуто. Вся свита была ошеломлена безучастием императора по такому несчастью»169.
В отличие от монарха монархисты были повергнуты в полнейшее отчаяние. «Конец, конец, конец, — писал 19 мая Б.В. Никольский. — Чудес не бывает. Конец той России, которой я служил, которую любил, в которую верил. Конец не навсегда, но мне уже не видеть ее возрождения: надолго ночь. Агония может еще продлиться, но что пользы»170.
Ближайшее окружение царя сразу пало духом. Об этом свидетельствовало совещание в Царском Селе 24 мая 1905 г., в ходе которого взвешивались шансы на продолжение войны. Генералы высказались против мирных переговоров с Японией, но те, кто совсем недавно, невзирая ни на какие предостережения, ратовал за решительную политику на Дальнем Востоке, теперь дали задний ход. Великий князь Владимир Александрович сознавался: «Мы зарвались в поспешном движении к Порт-Артуру и на Квантунг; мы поторопились; не зная броду, мы сунулись в воду; мы должны остановиться»171. Великий князь Алексей Александрович призывал: «Пока нам не нанесен решительный удар, надо зондировать почву относительно условий мира. Южная часть Сахалина с рыбными промыслами могла бы быть уступлена в случае необходимости»172. Ему вторил и бывший наместник на Дальнем Востоке Е.И. Алексеев, за переговоры высказался министр двора В.Б. Фредерикс К мнению камарильи, по существу, присоединился Николай II. Через несколько дней после совещания было принято посредничество президента США Т. Рузвельта. В американский городок Портсмут для переговоров с японской делегацией выехал председатель Комитета министров С.Ю. Витте.
Поражение в войне подстегнуло сторонников маневрирования. В мае 1905 г. сотрудники А.Г. Булыгина закончили разработку проекта законосовещательного органа. Несмотря на реакционность проекта, крайне правые пытались забраковать его. Монархическая партия провозглашала, что она отвергает всякие выборные парламенты, государственные думы и иные лженародные представительства. Русское Собрание протестовало против переговоров о заключении позорного мира. Единственное, чем готовы были поступиться крайне правые, — так это великие князья, чье многолетнее хозяйничанье в военном и морском ведомствах немало способствовало поражению. Николай II и сам видел, что придется пожертвовать родственниками. Ушли со своих постов дяди царя — генерал-адмирал Алексей Александрович и командующий гвардией Владимир Александрович. Несколько позже, ввиду необходимости укрепления и омоложения государственного аппарата, 73-летний парализованный председатель Государственного совета великий князь Михаил Николаевич был заменен 72-летним полупарализованным графом ДМ. Сольским. В июне 1905 г. Николая II посетили несколько делегаций крайне правых. Некоторые участники делегаций были приглашены на совещания 19-26 июля в Петергофе, где обсуждался булыгинский проект. Правое крыло представляли граф А.А. Бобринский, граф АП. Игнатьев, А.А. Нарышкин, АС. Стишин-ский, АП. Струков, князь АА Ширинский-Шихматов. Половина группы была членами Русского Собрания, вторая половина вступила в эту организацию позже.
