Вопрос о законосовещательной думе был в принципе предрешен. Зато правые постарались внести поправки буквально по каждому пункту проекта, стремясь выхолостить малейшие поползновения в либеральном духе. Они выступили за изменение системы представительства, отстаивая сословные выборы. При смешанных выборах, заявлял АП. Струков, «над политическим значением и ролью дворянства придется поставить крест*173. Когда обсуждалась статья 54, запрещавшая избрание в законодательную думу неграмотных, АА Нарышкин высказал свое глубокое убеждение в том, что «неграмотные мужики, будь то старики или молодежь, обладают более цельным миросозерцанием, нежели грамотные. Первые из них проникнуты охранительным духом, обладающим эпической речью»174. Несмотря на саркастическую реплику В.Н. Коковцова, что в будущей думе неграмотные будут эпическим слогом пересказывать то, что им подскажут другие, мысль о неграмотном законосовещательном органе показалась заманчивой. Николай II снял ограничения для неграмотных. Правые также настаивали на том, чтобы будущая дума представляла царю для выбора два мнения. «На практике, — пояснял АП. Струков, — мнение меньшинства оказывается нередко гораздо более продуманным и основательным, нежели мнение большинства»175.
Но в целом эти попытки не увенчались успехом. Мнение группы не поддержали такие реакционеры, как великий князь Владимир Александрович, КП. Победоносцев, Д Ф. Т^епов. После совещания был подготовлен манифест об учреждении законосовещательной думы. В.Н. Коковцов с облегчением телеграфировал С.Ю. Витте в Портсмут. «Редакция неважная, но это большого значения не имеет. Колебаний по существу не допускаю, все попытки крайних реакционеров были решительно отвергнуты»176.
6 августа 1905 г. был опубликован манифест о созыве Думы, получившей название булыгинской. 23 августа СЮ. Витте подписал в Портсмуте мирный договор с Японией. Но самодержавие не получило передышки. Стачки на заводах и фабриках, крестьянские выступления, восстание броненосца «Потемкин» — все это обесценивало уступки, на которые скрепя сердце шло самодержавие.
Самодержавие запаздывало с уступками, но крайне правые не поспевали даже за этими медленными шагами. Монархическая партия и Союз русских людей фактически бездействовали. Правда, «Московские ведомости* писали о значительном росте монархической партии, успевшей обосноваться более чем в 60 провинциальных городах. Это утверждение вызывает серьезные сомнения. Достаточно сказать, что свое первое собрание монархисты смогли созвать только 1 сентября 1905 г. По отзывам очевидца, «собрание партии произвело на него мизерное впечатление. Их было 80 человек, но «с бору да с сосенки*, нет ни содержания, ни желания действовать»177.
Общее собрание монархистов показало, что партия проделала эволюцию от полного отрицания выборных органов до признания булыгинской Думы. Крайне правые обсудили план предвыборной кампании и выдвинули кандидатом в Думу присяжного поверенного АС. Шмакова. Месяц спустя была опубликована программа Монархической партии, представлявшая собой расширенный вариант задач партии, провозглашенных весной 1905 г. Вынужденные признать Думу, монархисты подчеркивали ее бесправный характер: «Самодержавной власти Русского Монарха грозит в настоящее время великая опасность. Враги этой Власти хотят ограничить ее посредством Государственной думы, превратив Думу в конституционный парламент, решениям которого Государь должен будет беспрекословно подчиняться. Монархическая партия будет отстаивать Самодержавную Власть в том неприкосновенном виде, в каком Государь получил ее от своих Царственных предков»178. Монархисты осознавали, что близится пора, когда придется отстаивать самодержавие с оружием в руках.
Долгое время бездействовавший Союз русских людей призвал к созданию приходских комитетов порядка. В воскресенье 16 октября все верноподданные жители должны были собраться в церквях, образовать комитеты и предложить священникам превратить храмы в опорные пункты монархистов. Комитеты должны были «начать безотлагательные записи всех желающих вступить в образуемые при каждом приходе дружины порядка, имеющие своим назначением личную и непосредственную борьбу со смутой и восстановление нормальной общественной жизни»179.
