Однако, судя по переписке вождей крайне правых, в это же самое время шли переговоры с представителями октябристов. Князь В.В. Волконский писал из столицы: «Я виделся с руководителями «правых» политических партий. В результате разговора было признано необходимым воздействовать на тамбовский Союз русских людей, дабы он вступил в сношения с Союзом 17 октября для соглашения на лицах при выборах уполномоченных от города. Из Москвы и из Петербурга должны были быть посланы соответствующие распоряжения»470.
Интересно, что князь МЛ. Шаховской, который в ноябре 1906 г. на соединенном заседании Русского Собрания и Союза русского народа доказывал немы-слимость соглашения с партией правового порядка, в январе 1907 г. писал И.И. Восторшву, что ему удалось убедить А.И. Дубровина и А.И. Т^ишатного в необходимости объединения. Впрочем, МЛ. Шаховской не скрывал трудностей: «Я пришлю вам копию договора с Партией правового порядка. С«17 октября» идет обмен мнений при посредстве Леонтьева с одной стороны и Красовского с другой. Но вряд ли что-либо выйдет»471.
На местах соглашения достигались легче. В ноябре 1906 г. в Киеве состоялся областной съезд монархистов. Выступая там, председатель партии правового порядка А.И. Савенко провозгласил: «Все русские национальные партии, начиная от октябристов и кончая крайними правыми, несмотря на все различие их программ, основу имеют общую»472. Монархические партии выставили по Киеву общий список Октябристам предлагали объединиться, но они предпочли действовать самостоятельно. После выборов ректор университета Н. Цитович сообщал лидеру октябристов А.И. Гучкову: «Победу правых партий в Киеве следует поставить исключительно на счет монархистов. Октябристы же действовали вяло, выставили в качестве кандидатов мало популярных имен и потому получили лишь ничтожное число голосов»473.
Во Владимире соотношение сил было иным. Там черносотенцы следовали за местным отделом партии октябристов. В свой список они поместили кандидатов Союза 17 октября. «Пусть эти лица — правоверные октябристы, — сообщала местная пресса, — Союз русского народа включил их в свой список»474. Результаты выборов во II Государственную думу были более благоприятны для правых по сравнению с прошлогодней кампанией475. В целом по стране правым удалось завоевать четверть голосов выборщиков и встать вровень с объединением «прогрессивных партий» (24,8%) и «левым блоком» (25,8%).
Среди горожан успехи были довольно скромные По 80 городам черносотенцы завоевали 16,5% голосов избирателей. На уровне выборщиков крайне правых потеснили другие партии. В выборщики прошли только 8,9%. В борьбе с левым блоком кадеты запугивали избирателей черносотенной опасностью. Это было преувеличением. Только в четырех городах с прямым представительством (Киев, Кишинев, Казань, Тула) крайне правые вырвали победу. В ряде городов им удалось увеличить число приверженцев по сравнению с предшествующими выборами. В Одессе на первых выборах за их список проголосовали 4085 избирателей (12,2%), на вторых выборах — 7204 избирателя (27,5%)476.
В пять раз возросло количество сторонников крайне правых среди выборщиков-крестьян. Черная сотня совершила почти невозможное: завоевала голоса большинства помещиков и лишь немного уступила левому блоку в борьбе за крестьян. Такой результат объясняется тем, что Союз русского народа привлек на свою сторону крестьянство многонациональных губерний. Черносотенцы и октябристы совместно завоевали 54 депутатских кресла в Таврическом дворце. Но это была лишь десятая часть мест в ГЬсударствен-ной думе, в то время как левые партии, отказавшиеся от тактики бойкота, завоевали 43% мандатов. Отдельно от октябристов черносотенцы числили в своем активе 25-30 депутатов. Председатель И Государственной думы кадет ФА ГЪловин передавал впечатления от правого крыла Думы: «Здесь прежде всего бросались в глаза лукавые физиономии епископов и священников, злобные лица крайних реакционеров из крупных зем-левладельцев-дворян, бывших земских начальников и иных чиновников, мечтавших о губернаторстве или вице-губернаторстве, ненавидевших Думу, грозившую их материальному благополучию и их привилегированному положению в обществе»477.
Но группу правых во II Шсударственной думе постигла та же судьба, что фракцию октябристов годом раньше. К концу существования Думы группа правых значительно поредела и насчитывала не более 10 депутатов. При этом большинство правых — В А Бобринский, П.Н. Крупенский, П.В. Синандино, И.П. Созонович, В.В. Шульгин, епископы Евлогий и Платон — формально не были связаны с черносотенными организациями. От Союза русского народа удалось провести только В.М. Пуришкевича и ПА Крушевана.
