Тем не менее на II съезде объединенного дворянства 14-18 ноября 1906 г. возобладали более решительные настроения. Разногласия касались лишь выбора наиболее удобного момента. Г.И. Кристи предлагал дождаться II Думы: «По всей вероятности, в Думу пройдут опять крайние элементы, ее легко будет распустить, и тогда изменение избирательного закона произойдет правильно и при всеобщем одобрении»5. Влиятельные деятели Постоянного совета АП. Струков, князь ДА Олсуфьев стояли за немедленные перемены. Н.Ф. Касаткин-Ростовский обратился к дворянам со словами: «Я верю, что если мы будем единодушны и решительны, то правительство найдет возможным сделать те изменения в избирательном законе, которые мы ему указываем»463. Деликатный вопрос о законности подобной акции ДА Олсуфьев разъяснил просто. Он заметил, что правительство столько раз сходило с пути закона, что сойти лишний раз ему ничего не стоит.
Горячие головы охладил В.М. Пуришкевич. Он предостерег дворянских уполномоченных, что правительство едва ли пойдет на крутые меры. «На последнем киевском съезде, — пояснил В.М. Пуришкевич, — был решен тот же вопрос, и мы поняли, что стучимся пока в закрытую дверь»464. Съезд внес предложения об изменении порядка выборов. Но, как справедливо указывали исследователи, большинство не согласилось с планами немедленного государственного переворота465. Правительство также колебалось. Министры считали доводы крайне правых справедливыми, но отвечали, что осталось слишком мало времени. Выборы во II Пэсударст-венную думу проводились по старому избирательному закону.
Черная сотня была полна решимости не допустить просчетов прошлой предвыборной кампании. В сентябре 1906 г. на совещании представителей отделов Союза русского народа была выработана избирательная программа, в которой были расширены выигрышные, с точки зрения черносотенцев, разделы. По-прежнему во главу угла был поставлен национальный вопрос. Специально был выделен еврейский вопрос, причем этот раздел программы можно было по праву назвать манифестом антисемитизма.
Союз русского народа намеревался собрать под своими знаменами всех противников революции. Поэтому в программе была проявлена максимальная жесткость по отношению к освободительному движению. Союз предлагал все виды революционных выступлений, начиная от политических демонстраций и кончая вооруженными восстаниями, карать исключительно смертной казнью. В то же время руководители Союза русского народа постарались учесть некоторые экономические интересы населения. Защита помещичьего землевладения сочеталась с требованием ликвидировать неравноправие крестьян, передать малоземельным на выгодных условиях государственные земли, улучшить переселенческую политику. Черная сотня предлагала упорядочить условия труда рабочих, добиться государственного страхования, сократить рабочий день.
Предвыборная тактика стала предметом специальных обсуждений. Особый интерес представляет соединенное заседание Совета Русского Собрания и Главного совета Союза русского народа 14 ноября 1906 г. Формально это заседание было посвящено выборам в столице, но на самом деле обсуждалась тактика на выборах в масштабах всей страны. Председатель Главного совета Союза русского народа поднял вопрос о возможности блока с партией октябристов. При этом А.И. Дубровин заявил, что «Главная управа соединенного русского народа высказалась за возможность соединения при условии уступок со стороны Союза 17 октября партиям, вошедшим в блок Киевского съезда, и что, по его, Дубровина, мнению, в день выборов это соединение желательно»466. Основным оппонентом его выступил Б.В. Никольский, напомнивший о решении первого монархического съезда не входить в соглашения с партиями, которые не признают неограниченное самодержавие. В.М. Пуришкевич полагал, что «раз нельзя поручиться за собственный успех — правильнее будет остановиться на нейтральных вещах»467.
В итоге было принято постановление «Не признавая возможным соединение с какими-либо конституционными партиями, соединенное заседание полагает приемлемым на избирательных бюллетенях Русского Собрания предложение в кандидаты выборщиков нейтральных лиц, известных обществу, заведомо не принадлежащих к каким-либо конституционным партиям»468. Поведение лидеров черной сотни было пронизано лицемерием. В январе 1907 г. товарищ
председателя Главного совета Союза русского народа А.И. Т]ришатный напоминал отделам о том, «чтобы не вступать ни в какие предвыборные соглашения ни с октябристами, ни с какими-либо другими партиями...»469
