Маргарита, даже не до конца понимая все слова на людском языке, понимала иронию ситуации. Все эти омерзительные твари вместе терзали несчастных жертв, но очень лихо перебросили ответственность на одного. Когда смерть смотрит в глаза, начинаешь торговаться. Жизнь одного за жизнь всей банды… Было ли это зрелище прекрасным? Нет. Зигфрид напоминал овцу, которую гонят на верную гибель волки. Увы, нужно признать, что лидер крепко держался за свою жизнь. Ему на руку сыграло то, что побежал он в аккурат к морю, а в низине после дождя было очень скользко от грязи. Несколько лошадей остановились, некоторые попадали, одна полетела кубарем и сломала ногу, поджав под себя орущего от боли наездника. Зигфрид, задыхаясь, скрылся в темноте и упал в ближайший овраг, перевернувшись несколько раз кубарем, подобно лошади, и набрав полный рот грязи, но даже не ойкнул. Недолго же длился его побег.
–Сука!– Люк едва смог вытащить ногу из-под упавшей лошади. Теперь кобыла была бесполезна для погони. На лице мужчины можно было прочесть радость от того, что животное не переломало ему его собственную ногу своим весом.
–Я его не вижу,– Томас пробежал вперёд, но поскользнулся и выронил факел. Огонь потух, встретившись с мокрой травой.
–Падла, что ж здесь так скользко!– выругался Люк,– На месте встречи такого не было!.. Куда делся этот урод?!
–Следы смотри!– Томас поднялся на ноги,– У меня факел потух, ни хера не вижу. Следы должны были остаться…
–Что же ты, умник, сразу по ним не смотрел!?– Люк сморщил нос,– Он спрятался, точно говорю! Где все наши?
–Слезайте с лошадей!– крик из-за деревьев,– Следы ищите!
–Гении блядь,– Люк сплюнул на землю и выставил вперёд руку с факелом,– Ну где же ты, детка? Я тебя всё равно найду!
–Вылезай, сучка!– как-то жутко захихикал Томас, всматриваясь в землю,– Прям как в старые добрые, да, Зиг? Только теперь сучка – это ты!..
Зигфрид закусил губу до крови и затаил дыхание. Он чувствовал, как торчащая кость царапает металлический сапог. От боли закружилась голова, а перед глазами всё потемнело, но ум остался в какой-то мере ясным. Один неверный вздох, и нога с открытым переломом будет волновать Зигфрида в самую последнюю очередь.
–Я вижу следы!
По виску мужчины стекла капля пота. Зигфрид застыл, скованный страхом перед неизбежным. Он уже представил себе, как его тело будут рвать на части, или рубить маленькими кусочками, бросая отрубленные конечности собакам. Перед глазами пронеслось детство, какие-то обрывки давно забытых воспоминаний. «Я ещё слишком молод…»– подумал рыцарь и зажмурился, нащупывая дрожащей рукой кинжал в сапоге на уцелевшей ноге,– «Я не могу просто сдохнуть здесь! Я не сдамся просто так! Ну, подходите, твари!..». Когда Зигфрид повернул голову в сторону, ища пути спасения, рядом он увидел девушку. Сердце заколотилось ещё быстрее. Маргарита видела, как дрожат его губы, но парень боялся даже дышать. Его прекрасное лицо было искажено болью и осознанием приближающейся смерти. «Я хочу жить»,– сирена понимала, о чём он думал, не читая мысли. Зигфрида никогда особо не заботила ценность человеческой жизни, но, когда сам оказался на границе, познал чувство загнанной жертвы на своей шкуре. Маргарите стало тошно от одного его вида, но она решила, что такой шанс выпадает слишком редко, чтобы упускать его. Зигфрид не пошевелился, когда сирена склонилась к его уху и прошептала:
–Деньги. И я спасу тебя.
Дрожа всем телом от болевого шока, мужчина закивал. Как бы там ни было, хуже уже быть не могло, даже Зигфрид затуманенным рассудком это понимал. Сирена встала на ноги и выпрямилась во весь рост. Мужчина по-прежнему старался не дышать. Он не знал, что незнакомка собиралась делать, но у него оставалась жалкая минута жизни до того, как бывшие сообщники спустятся за ним в овраг. Выбора не было. Маргарита так же не знала, умела ли она петь, как в былые времена. После превращения у неё не было возможности проверить это, но что-то внутри подсказывало, что пришло время узнать. Сирена сжала кулаки и, закрыв глаза, запела. Протяжная нота, похожая на вой волка, ворвалась в сознание мужчины. Кровь прилила к голове Зигфрида. Вой сменился уже более отчётливым звуком пения, будто до этого незнакомка просто разогревала связки. Зигфрид приготовился к смерти. Девушка с потрохами выдала его.
–Женщина!– раздались крики с нескольких сторон. Зигфрид видел, как из-за деревьев выходят его бывшие друзья, крепко сжимающие в руках мечи и секиры.
–Зигфрид тоже здесь!– крик Люка,– Скорее, сюда!
Маргарита пела. Зигфрид, сам не зная почему, медленно успокаивался. Страх отступал. Мужчина встряхнул головой. Похоже, он терял сознание, потому что адская боль от сломанной ноги почему-то исчезла, но нет. Он оставался в здравом уме. Всё так же осматривал собирающуюся вокруг них толпу головорезов. При свете факела Зигфрид видел, как нахмурился Томас, как Люк непонимающе щурился, подходя ближе. Не к Зигфриду. К девушке.
–Боже…– прошептал Томас, выпуская из рук кинжал,– Она прекрасна!..
