Под конец вторых суток он сдался. Они нагнали его в тот момент, когда он собирался в который раз поменять сторону, и взяли его в кольцо. Бежать ему было некуда. Вкус победы был горьким в прямом смысле слова. Сил веселиться не оставалось, а мясо двенадцатипала было жестким и сильно горчило. Его едва хватило, чтобы покрыть расходы энергии на его отлов. Сон накрыл всех тяжелой непроницаемой завесой, уснули все быстро и спали непробудно. Все, кроме Роно. Еще за ужином глаза его были готовы закрыться. Но мысли о предстоящей охоте и о том, что она ему сулила, помогли ему справиться с сонными позывами. 30 минут он лежал в тишине, слушая дыхание своих родителей и братьев. И когда он убедился в том, что все крепко спали, он поднялся.
Его напарник спал. Клош лежал на спине с открытым ртом, завалившись правом боком на Дарута. Тела и конечности братьев лежали между Клошем и Роно. Словно шагая по тонкому льду, под которым расположились ядовитые всухи, Роно ставил лапы в открытые места и подбирался к Клошу. Одно неловкое движение могло стать причиной его падения в груду братьев. Этого ему никак не хотелось допустить.
Подобравшись к Клошу, Роно несколько раз ткнул его в плечо, в левую лапу, в правую лапу, в лицо, в бок, в спину, снова в лицо, в правую заднюю лапу и левую заднюю лапу, он ущипнул его за хвост, но итог был один — Клош спал, позабыв обо всем на свете. Никакая ночная охота его не интересовала в помине.
Начались торги с собой. Идти одному или остаться, охотиться или спать, снискать славу и уважение взрослых, или выспаться и проснуться безызвестным как прежде. Выбор был очевиден. Он преодолел завал из братьев, поднялся на задние лапы, открыл замок на двери и в несколько движений оказался снаружи. Несколько мгновений он постоял у двери, прислушиваясь. Боялся, что отец снова пойдет за ним и сорвет его планы. Но никто не шел.
Теперь можно было действовать дальше. Нужно было решить, куда податься и на кого охотиться. По ночам на поверхность вылезали разные маленькие хищники. Для их питательной ценности у гурров не было придумано определения. Иными словами, проку с такой поимки было не слишком много. Наесться ими было невозможно. С другой стороны, претендовать на нечто большее в одиночку он не мог. И дело было не в разнице сил, а в скорости. Победоносной стратегией в его поселении было кольцо. Один он мог рассчитывать лишь на точку в этой фигуре. И точка эта грозила завершить не успевшую начаться историю об охотнике-одиночке Роно. Нужно было разработать план.
Так как подвижная добыча, очевидно, обладала рядом преимуществ перед Роно, он решил попытать удачу с растительной пищей. Он знал, что в нескольких километрах от дома есть большие заросли фухсы. Они росли, покрытые толстым слоем льда, но он мог попытаться проломить этот лед в особо тонких местах. Лучше он, в любом случае, ничего не смог придумать. Берегись фухса, ты станешь завтраком для моей семьи!
Бежал он рысью, разрезая морозный спертый воздух своим горячим дыханием. Небо было ясным. Предки смотрели на него с небес. И это внушало уверенность. Он ускорился и помчался быстрее навстречу ничего не подозревающей фухсы. Вдруг на удалении в несколько сотен метров он заметил небольшую точку на поверхности. Было не ясно, живой это объект или не живой. Она ни разу не двинулась с места, но формой выделялась на общем равнинном фоне. Роно замедлился.
Движение. Крохотное, едва уловимое, но оно произошло. Точка двинулась и преодолела полметра, затем остановилась на месте и зашаталась. Приблизившись, Роно понял, что встретился с груком. Вероятно, тот также решил полакомиться фухсой. В честной схватке у Роно было мало шансов одолеть грука. Подкрасться незаметно на пустой равнине также не представлялось возможным. Что ж, фухсы должно было хватить на них двоих. Не обязательно было ссориться. Роно решил обойти грука стороной.
