Роно двигался медленно, движениям его мешала кожа, сжавшаяся вокруг еще не окрепшего тела. Своими четырьмя глазами он видел все, что его окружало со всех четырех сторон света и сверху. В черном небе горели огни. Вдруг в окружающей белизне он разглядел едва различимое черное пятно на поверхности. Оно было крошечным и норовило исчезнуть и потеряться навсегда, стоило лишь отвести от него глаза. Роно еще не освоился со всеми возможностями своей зрительной системы. Ему было трудно одновременно удерживать все четыре глаза открытыми. Хотелось выбрать что-то одно. И сейчас он выбрал передние два глаза, чтобы сконцентрироваться на небольшой черной точке, которая казалась лишней в этом мире, сотканном из белых ниток.
Еще одним явлением, с которым он столкнулся сам того не желая, был ветер. Он пошатывал Роно из стороны в сторону, затрудняя его путь, но в целом относился к нему дружелюбно и скорее пытался помочь, подталкивая его сзади. Звуки ветра проникали в его ушные каналы и заполняли их своим свистом. Гул в ушах стоял просто невыносимый. Сосредоточившись на своих ушах, Роно стал осваивать управление ими. Оказалось, что он мог по своему желанию открывать и закрывать ушные каналы. Функция была крайне полезной в условиях завывающего ветра.
Черная точка становилась все ближе, увеличиваясь в размерах. Роно все еще не мог разглядеть, что она из себя представляла, но уже точно знал, что собирается добраться до нее, во что бы то ни стало и выяснить, что это такое. Все тайны Вселенной меркли в сравнении с тем, как ему хотелось узнать происхождение небольшой черной точки. Все дело было в ее черном цвете. Как она могла, как посмела проникнуть в этот мир и запятнать его?
Оставалось всего несколько шагов. Перед ним на тонкой ножке стоял матовый черный шар. Гладкая поверхность его почти не пропускала свет, из-за чего было сложно понять, что скрывается у него внутри. Недолго думая Роно подобрался к нему на расстояние вытянутой лапы и положил ее сверху на шар. Внезапно подошвы его лап ощутили сильную вибрацию. Что ее вызвало? Шар? То, что он до него дотронулся?
Вибрация расходилась во все стороны, но сильнее всего она ощущалась где-то позади. Роно открыл вторую пару глаз и заметил нечто странное и совсем не там, где ожидал это увидеть. С воздуха к нему быстро приближался какой-то объект. Из маленькой точки он быстро превратился в крупный шар. Чуть позже стало ясно, что шар был скорее трубкой с круглым передним краем. Мгновение спустя трубка вдруг распрямилась и вытянулась во все стороны. В небе вырос большой круглый диск, который опускался, покачиваясь на потоках ветра. Его зеркальная поверхность отражала землю и только едва различимые контуры выдавали его присутствие в воздухе. Роно стоял и смотрел на него словно завороженный. Ему не хотелось уходить. Он смог бы разглядеть в отражении себя, если бы этот диск подлетел к нему поближе.
Внезапно на его поверхности образовалась трещина, и что-то белое высунулось наружу. Сильный удар сбил Роно с лап на землю, он перекатился несколько раз и оказался в нескольких метрах от точки, где еще недавно стоял. Оглушительный треск и хруст ворвался в открывшиеся от испуга ушные каналы Роно. Во льду торчала метровая белая палка, верхняя часть ее все еще дрожала после удара. Окажись он в месте, куда она угодила, и его день рождения превратился бы в день преждевременной кончины. Зеркальный диск тем временем куда-то исчез.
В нескольких метрах от него началось движение. Большое крепко сложенное существо покрытое мехом вскочило на лапы и подбежало к Роно. В очертаниях этого существа Роно узнал одного из своих родителей. Времени для обмена любезностями не было. Его отец подцепил Роно ртом и по зигзагообразной траектории рванул прямо к дому. Движения его были резкими и импульсивными, но четко направленными, в них чувствовалась сила и грация, пока еще недоступные его сыну. В считанные секунды они добрались до входа в жилище. Черная с внутренней стороны дверь снаружи оказалась светлой, практически белой. Она сливалась с окружающей белизной и хорошо маскировала вход в жилище.
Отец Роно опустил его на пол и придавил сверху массивной лапой. Голова Роно оказалась зажатой между двух крепких когтей, длинных и острых, как две наточенные сабли. Он пытался освободиться и дергался из стороны в сторону, но еще один коготь поджал его возле хвоста, лишая возможности убежать. Отец его был явно зол и что-то громко и быстро говорил, срываясь на крик.
— Дом… никогда не покидай дом… Опасность… Белый лед… Кхроки, — голос его звучал грозно. Плитка на полу и стенах резонировала и возвращала звук с удвоенной силой. Весь его дом вторил голосу отца и отчитывал его за несанкционированную вылазку.
