Чарльз добавил: «Учитывая их долгосрочную связь друг с другом, от Григуара и Арианы мы узнаем больше, чем от других вампиров в нашем плену. Мы в данный момент можем использовать Ариану против него, поскольку зависимость сейчас взаимна. Григуар видит в Ариане свою собственность. Во многом как тот вампир, Паззл, начинал воспринимать твоего супруга, я полагаю. Он становится совершенно безрассудным, если мы забираем её. Вопреки тому, как он её насилует, она реагирует на его отсутствие точно таким же образом».
Чарльз в очередной раз пожал плечами, его свет представлял собой жёсткую, пустую стену.
«Григуар попытался бежать, когда перемирие рухнуло. Мои люди сумели его отследить через Ариану. В конце концов, именно его зависимость от неё позволила нам поймать его».
Я прикусила губу.
Я ощущала тошноту. Больше тошноты, чем я могла поначалу контролировать.
Я бежала через то пространство, закрыв глаза, и солнечный свет играл на моих веках. Я хотела полностью вышвырнуть дядю из своего сознания. В данный момент я хотела причинить ему боль.
Но было уже слишком поздно. Я понимала.
Я понимала, что он мне говорил.
«Как долго ты намереваешься позволять Блэку делать это? — послала я, когда молчание затянулось. — Как много времени пройдёт до того момента, когда ты уже не сможешь исправить то, что делают с ним вампиры?»
Разум Чарльза сделался совершенно безмолвным.
«Как это работает? — послала я более жёстко. — Очевидно, кто-то в команде Блэка должен работать на людей Брика…»
«Я не могу рассказать тебе всего, Мири… или других деталей того, что сейчас в процессе реализации. По правде говоря, ты уже знаешь слишком много, — Чарльз вздохнул, его мысли вновь метнулись к ожесточённой злобе. — Серьёзно, мне нужно позволить Рави и остальным взять тебя и стереть твою память, будто этого разговора и не случалось. Однако зная тебя, ты придёшь к точно такому же выводу через несколько дней или недель, и мы снова пройдём через все это. Так что вместо этого я взываю к твоему рассудку… и к твоей любви к мужу».
Эта тошнота ещё сильнее скрутила мой живот.
«Как долго? — послала я. — Как долго это продолжается, Чарльз?»
«Мириам, — разум Чарльза перебил меня. — Ты не можешь задавать мне ещё больше вопросов об этом. Что самое важное, ты не можешь говорить об этом с Блэком. Никак нельзя знать, в каком ментальном состоянии он пребывает… Я не позволю тебе по ошибке рисковать его жизнью и своей собственной. Если придётся, я скажу своим видящим арестовать тебя и полностью изолировать от Блэка. Я отвезу тебя на другой континент, если придётся… со сдерживающим ошейником на шее».
Подождав ещё мгновение, он добавил более холодно: «Ты думаешь, твой муж поблагодарит тебя за вмешательство в его работу, Мириам? Если ты вышвырнешь в окно недели его страданий, прямо сейчас, когда он так близок к достижению цели?»
