– По-твоему, я должен обойти всех, кто присутствовал на той вечеринке, и замерить? Анна, для разнообразия все же попробуй немножко подумать.
– Я думаю! Я… он франк, точно. Высокий, красивый и страстный… у него бугорки на животе и такие сильные руки… – она мечтательно вздохнула. – Он знает, что нужно женщине! Уж он-то оценил меня по достоинству…
– Высокий франк с хорошо подвешенным языком, это уже что-то. Лет ему сколько? Волосы какого цвета? Это-то ты разглядела?
– Светлые волосы, ниже плеч. Возрастом примерно как Гельмут, только он ласковый и галантный. Подарил мне кулон… – Анна смущенно достала из-за ворота платья скромную золотую капельку с голубым топазом в середине.
Людвиг тихо застонал, прикрыв глаза ладонью.
– Что опять не так?
– Анна, ты дура, каких свет не видел. Вот с этого кулона и надо было начинать. Дай сюда.
– Зачем? – Анна сжала кулак, спрятав вещицу.
– Искать твоего галантного франка. Анна, ты что, вообще ничего не помнишь из уроков? Ты на теории магии спала?
Вместо ответа сестра презрительно фыркнула. То есть – да, спала. Собственно, ничего иного Людвиг от пигалицы и не ожидал.
– На, забирай, – она с явной неохотой кинула Людвигу кулон. – Людвиг, придумай что-нибудь, прошу тебя. Если матушка узнает…
– То отправит тебя в монастырь и правильно сделает.
– Я не хочу в монастырь! Я рождена, чтобы блистать и покорять, а ты!..
Договорить она не успела. От дверей раздался торжественно-официальный голос Рихарда:
– Ее высочество Бастельеро-Хаас!
Анна вздрогнула, словно услышала погребальный колокол.
– Не выдавай меня!
Людвиг пожал плечами: если Анне угодно считать матушку слепой – пусть. Но чтобы матушка не заметила у подъезда мобиль собственной дочери… Ладно, кто он такой, чтобы разрушать последние иллюзии сестры!
– Рихард, выведи Анну через черный ход, а матушку пригласи…
– Подай хмирского чаю в гостиную, – послышалось непререкаемое.
Анна замерла и побелела, а Людвиг тихо выругался. Вот только ссоры матушки с пигалицей ему тут не хватало.
– Здравствуйте, матушка, – устало приветствовал Людвиг вплывающую в его кабинет кронпринцессу.
– Ну, и где мой внук? – вопросила она, остановившись на пороге и не глядя на Анну. Та вздрогнула и съежилась в кресле. А герцогиня Бастельеро-Хаас, презрительно подняв дернув бровью, процедила: – Уйди с глаз моих, безмозглое создание, и молись, чтобы твой любовник оказался не женат. Иначе пойдешь за герцога Саутгемптона, ему шестьдесят восемь и плевать на твою девственность, то есть ее отсутствие.
Всхлипнув, Анна выбежала из кабинета. А матушка, словно желая окончательно сломать Людвигу мозг, не то что не сделала попытки остановить и утешить любимую доченьку, но и брезгливо подобрала подол, чтобы Анна на него не наступила.
– Не слышал, чтобы Анну сватали из Бриттии, – сказал Людвиг, только чтобы разбавить повисшее в кабинете тяжелое молчание.
– Предложение пришло вчера, – отмахнулась матушка. – Так где мой внук?
– Идем в гостиную, будет тебе внук. И что, без скандала и заламывания рук?
Принцесса презрительно повела плечом, мол, какая чушь! И, прошелестев юбками, развернулась и направилась в гостиную. Там уже ждал накрытый стол: чай и любимые матушкой пирожные.
Усевшись за стол и дождавшись, когда напротив устроится Людвиг, она сразу перешла к делу:
– Кто его мать и есть ли у него дар всадника?
На мгновение Людвиг застыл, переваривая новый шок и отстраненно наблюдая, как его рука покрывается черной чешуей с крайне интересными физическими свойствами.
– Откуда ты знаешь о всадниках? – наконец, отмер он.
– Не считай свою мать глупой овечкой, Людвиг. Если ты не забыл, я – Бастельеро. Так что с даром, сын мой?
Виен, Астурия
Антуан де Флер
Сидя в мобиле неподалеку от виллы «Альбатрос», Антуан придумывал сто пятнадцатое изощренное проклятие для своего обожаемого начальства. Заставить его, лучшего агента во всем Ордене, следить за Бастельеро! Как будто мало рядовых сотрудников, которые половину жизни этим занимаются! Нет же, Черный Карлик потребовал, чтобы именно он выяснил, что скрывает Бастельеро. Причем быстро, немедленно! И желательно чтобы добрался до содержимого каких-то там архивов раньше астурийской Оранжереи.
Разумеется, Карлик сдобрил безнадежное дело доброй порцией лести, ну там «никто кроме тебя не справится», «ты же сильный маг» и «простого топтуна некромант заметит и убьет быстрее, чем тот успеет поздороваться».
– Конечно, шеф! А мне сначала скажет «бонжур», и только потом превратит в еще одно умертвие. Имейте в виду, шеф, в этом случае я буду преследовать вас вечно!
– Да иди ты, шут балаганный…
Короче говоря, Антуан дежурил со вчерашнего вечера, даже спал в мобиле, прикрытый сильнейшим заклинанием отвода глаз. И только после скудного завтрака, состоящего из вчерашних бутербродов, ему улыбнулась удача в виде подъезжающего к дому Бастельеро мобилю его младшей сестры. Конечно, между Людвигом и Анной даже не пахнет братской любовью, но, может быть, Анна заметит что-то интересное?
