– Ничего ты не сплоховал. Испытывать страх – естественно для любого человека. Ну, а настоящие мужчины… или женщины… готовы смотреть ему в глаза. Вот и все. Ты держался молодцом. Только не стоило так обижать Лесли.
– Нет, стоило. Ты не знаешь эту змею! И вообще, зачем ты ей наболтала, что ты Гарри никто?
У Мардж отвисла челюсть, и она попыталась поймать воздух ртом, ища сил ответить. Развела руками:
– Потому что это так, Себ.
– Нет, это не так. И не рассказывай себе сказок, сестричка, – оживился Себастиан, отставляя какао на стол и вылезая из пледа. – Ты не знаешь, какой пакостной была его жизнь до тебя. Ты не знаешь, насколько он стал счастливее, пока вел с тобой рядом дело Фачелли. И ты не знаешь, чего ему стоили эти три месяца без тебя.
– Себастиан, не строй из себя премудрого! – взгляд ее упал на «Таинственный остров», так и лежащий сиротливо на столе. – Ты не Сайрес Смит! У всех бывают тяжелые месяцы, не только у твоего брата! И я не для того живу на свете, чтобы делать его счастливым на недельку! А мне что ж, счастья не полагается?! Жизнь – это тебе не сказка про красавицу и чудовище! Если б все было так просто, психологи бы прогорели.
Маргарет с досадой отошла к двери, прерывисто дыша. Сзади раздался довольный голос Себа Кингстона.
– Так я и думал. Ты его любишь.
Мардж воинственно обернулась: от горя парня не осталось и следа; он спокойно потягивал остывшее какао:
– Вкусно, спасибо.
– Ты… ты! – она всплеснула руками, не находя слов. – Ну, братцы, два сапога пара!
– Надо тренироваться, – нахмурил нос Себ лукаво. – Должен же я знать, в какие руки братца вверять, и стоишь ли ты того, чтоб пить столько виски.
– Что, прости?!
– Гарольд никогда не выпивал больше одного стакана, даже после предательства Лесли. Если бы не Брент Финчли, не знаю…
– Он что, пил из-за меня?..
– Ну да, о чем я тебе и толкую уже четверть часа! Ты ему сильно нравишься, что бы он там ни говорил и ни делал! Даже если сам не знает этого. Забыть никак не может.
– Нашел тоже, чем заняться, – пораженно села Мардж снова на пол. Внутри расползалось дрожжевым тестом благостное чувство необъяснимого происхождения.
– Ты лучше садись в кресло, – встал Себастиан. – И давай приступим к делу.
– К делу?..
– Ну да, Гарольд ведь не просто так ошивался у колледжа вечером, верно? Очень странно, что Ховард тоже на том же месте оказалась… Еще и с выключенными фарами… Очень странно… – Себастиан покачал головой.
Маргарет вспомнила о слежке в кустах.
– Профессор Мертон и Черный парень!
– Что за субъекты? – Себ Кингстон упивался ролью сыщика, отставляя волнение за старшего брата в сторону. Он знал, что ничем не может помочь ему в больнице, но горел желанием сделать хоть что-то – например, попробовать распутать исчезновение ботаника, по делу которого Гарри звонил утром.
Через полчаса весь периметр стены с грязно-желтыми потеками был обклеен разноцветными стикерами с известными фактами по делу Лили Смит.
*
– Классный план, – скептично оглядела Мардж импровизированный стенд. – Только маленькая загвоздка для начала: как ты найдешь мобильный номер?..
– Хм, – задумался Себ Кингстон на мгновение. – Будь я Вилли Тернером, без труда… Стой! Он ведь однокашник Лили, а значит, и Элли! Говорю же, надо к ней идти.
– В два часа ночи, – констатировала факт Маргарет. – Ну, разумеется.
– Мардж, мы еще в первую встречу определили – ты из старых времен и понимаешь порывы души! – насупился Себ. – А теперь занудствуешь. Элла – самое важное связующее звено, она знает и профессора, и Вилли Тернера, и Лили, и про Черного парня. Только пять минут – и мы распутаем клубок дальше!
