Маргарет Никсон вышла из больницы в расстроенных чувствах. Доступа к записям с камер наблюдения ей никто не дал, хотя она и пригрозила знакомством с полицией. Не поверили. По словам медсестры, правда, Лесли уехала довольно быстро. Так что версия пока не была опровергнута. Но и не подтверждена. Так что бесполезно ее рассказывать в прокуратуре. Доказательств, кроме интуиции, ноль.
Что-то булькнуло. Сообщение. Маргарет остановилась под навесом цветочного магазина; с хмурого неба негостеприимно капало. Девушка натянула капюшон. Номер незнакомый. Еще и ММС. Мардж порыскала по карманам в поисках наушника. Не оказалось. Оглянувшись по сторонам, девушка нажала кнопку «проиграть» и приложила телефон к уху.
Какое-то шуршание.
– …наш заказ? – грубоватый голос, женский, как ей показалось.
– Вы же дали мне отсрочку, – отвечал глухой мужской голос.
Мардж удивленно отняла телефон от уха и посмотрела на экран. Это еще что такое?.. Но диалог продолжался.
– …направили узнать, как движется работа, – первый голос. – Профессор, с нами шутки плохи.
– Я объяснял вашему боссу, что один не могу быстро приготовить такую дозу, – голос профессора еле заметно дрожал.
– Почему не завербовать кого-то из студентов, профессор Мертон? – профессор Мертон! Значит… этот второй – Черный парень? Он же, может быть, Лили?..
Последовала пауза и резкий ответ профессора.
– Ты кто? Мое имя дилерам не было известно!
Запись обрывалась. Мардж стояла все возле тех же цветов, переменившаяся в лице. Вот оно! Профессор Мертон как химик занимается производством наркотиков?! Его лучшая студентка Лили узнает об этом, когда он пытается ее завербовать. Тянет время с ответом. Создав легенду, исчезает. Гарольд предположил, что она из борцов за правду. Потому Лили появляется в обличье Черного парня и пытается заставить Мертона сознаться! Что стало с Лили? Где Себ и Вилли? Они же собирались отследить телефон Мертона? Это наверняка они прислали?.. Значит, нашли Лили? Полиция точно выехала?.. Ехать в прокуратуру без проволочек!
Мардж судорожно начала набирать номер.
– Сара, слушай.!
В пустой комнате допросов Гарольду Кингстону не оставалось ничего иного, как поразмышлять над своей жизнью, откинувшись на спинку стула. Вот так насмешка судьбы. Лесли Ховард во второй раз сыграла роль в разрушении его представлений о жизни.
Два с половиной года назад он, молодой, подававший надежды детектив, был покорен ее очарованием. Мир казался прост и полон доверия и любви. Девушка понравилась – значит, это та самая. Не мешкай, скажи ей об этом. Только мечты разбились о камни реальности. Лесли удачно стащила доказательства прокуратуры и помогла адвокату О’Рейли. После хорошей подачки перебралась в Лондон, как он слышал, не оставив следов и зацепок. Тогда лицензия чуть не полетела коту под хвост. Удалось сохранить работу, сбежав в провинцию. Пахал изо всех сил. Решив, что верности люди недостойны, отдался карьере. Чтобы не утонуть в море холода и отчуждения, сам стал акулой. Пошел на повышение. И что?
Пропали улики из хранилища. Как пропали бумаги. Видимо, Лесли снова выполняет задание. Ее появление случайным не бывает. Зачем? Для кого? Теперь не имеет значения. Доказательств не найти. Лесли всегда работает чисто. К тому же Ливингстон отобрал телефон, как только он явился на срочный вызов. На глазах всех работников, некогда боготворивших его. Теперь карьера от одного удара вновь треснула по швам. Странная штука жизнь. Выходит, верность не имеет смысла. Она всегда оборачивается против тебя. Неважно, отдался ты человеку или делу.
Еще остается Мардж. Маргарет Никсон… Которая не укладывается ни в одну схему. Последний разговор… Он был чересчур взволнован потерей ключей. Проклятие, он же нагрубил ей! Ну и хорош. Теперь даже думать о ней нечего. Пусть она и не выходит из головы.
Беда, ведь Себ приехал в Пейсли. И теперь будет свидетелем его позора. Бедные отец с матерью. Не таким они видели будущее старшего сына.
От жизни остались жалкие осколки. Зачем люди обычно существуют?..
Лязг открывающейся двери заставил Гарри поднять голову. На пороге стоял Чарльз Ливингстон, грозный, как туча перед ливнем.
– Что еще за самовольное расследование?!
Гарольд с трудом понял, что речь о деле Лили Смит.
– Почему мои люди отправляются на захват по личному почину?! – гремел Ливингстон. – Разве не приказал я тебе после Фачелли работать только со своими делами?
– Да, сэр, – негромко сказал Кингстон. – Было любительское дело…
– Любительское?! И на любительское дело Брент Финчли выезжает, бросая все, с мигалками и отрядом?! – Гарри вздрогнул. Он не знал об этом. Что успело случиться? – И по любительскому делу накрывает дилерскую шайку?! Из-за любительского дела едва не распрощались с жизнями два юнца и девчонка?!
– Я не понимаю, сэр. Какие жизни?
– Лили Смит, Вильям Тернер! И Себастиан Кингстон! Никто не знаком?
– Себ?! Что с ним? – вскочил Кингстон-старший.
– Ничего, сидит в приемной, – чуть снизил напор Ливингстон. – Лишить бы тебя лицензии за халатность.
