Нельзя сказать, они просто умирали. Из задних рядов навесом летели стрелы, кое-кто прыгал прямо с коней на телеги, рубя всех подряд и пытаясь проделать брешь, в которую ворвутся остальные. Внизу пытались расцепить колеса, отодрать доски на бортах и дернуть арканом. Все это оказалось бесполезным. Хотя мы и несли потери от храбрецов, практически каждый батыр, перескочивший огромную кучу трупов, еще живых людей и животных на земле, добравшийся до гуляй-городка, достаточно быстро получал даже не одно, а два-три острия в брюхо. Стена достаточно короткая и из-за каждого фургона било разом с десяток человек по любой цели. И долго это продолжаться не могло. Слишком много погибших без малейшей пользы. Куманы не привыкли к таким сражениям.
Наверное, с треть успели повернуть обратно и внезапно обнаружили, что на том берегу Фрол со своими людьми 'ласково' встречает. Орда окончательно развалилась, уходя мелкими группами и одиночками. Часть успели прикончить, но даже после всего их было достаточно много, чтоб гоняться за каждым. Многие сумели удрать. И не важно. Когда последние номады ускакали, отряд выполз из-за оборонительных стен и двинулся вперед, добивая вражеских раненых, обшаривая трупы и ловя уцелевших коней. Мы, на первый взгляд, настрогали под две сотни, потеряв полтора десятка. Прекрасное соотношение.
- Там полон, - сообщил примчавшийся Фрол.
- Много? - отвлекаясь от кучи трофеев, притащенной для дувана, лениво спрашиваю.
Конечно, кое-что по мелочи всегда прилипает к лапам, но если такого ловят, то свои же укорачивают жадные грабки. Дележ обычно производится наиболее авторитетными ветеранами и редко вызывает ругань. Кто ж с тобой пойдет снова, если честным не будешь.
- Не меньше сотни.
- Это хорошо, доброе дело зачтется на небесах, - киваю.
Если б их догоняли, кочевники б просто посекли пленных. А нашей подлянки не ожидали и не успели поступить, как обычно. Какая там могла быть охрана? С десяток стариков и молокососов, впервые попавших в набег. Их порубить должны были моментально.
- А скота много? - жадно потребовал неизвестно откуда вынырнувший Синезуб.
- Пять дюжин коров, за тысячу овец и баранов, добрых две сотни лошадей. Запасные и вьючные.
- Це добре, - Синезуб остался доволен.
Кони в здешних местах немалая ценность, теперь каждый получит минимум по две, считая и пойманных здесь. А кое-кому из ополченцев попроще корова гораздо полезнее. Она стоит дешевле, зато в нормальной жизни полезнее.
- Так что делать с ясырем? - настойчиво спросил Фрол.
Ему явно хотелось заняться более интересным делом, разбором трофеев. Приневолить в смерды или даже холопы нельзя. Мы ж их освободили, да и языки всем не отрезать, слухи пойдут. А пока возись, корми, да носы вытирай. Кому это надо? Я мысленно плюнул, хотя очень хорошо понимаю.
- Сам займусь, - произнес вслух. - Асен, проследи.
Он с готовностью оскалился, занимая мое место. Этот своего не упустит, не Унг, ради красного словца и широкого жеста раздающий все. Уж не знаю какой из него разратник был, раз особых богатств не нажил, а хваткий мужик так и лезет наружу.
Пленные оказались все молодые. Парни и девки от шести-семи до семнадцати. Редко старше. Пожилых кочевники кончали сразу, а кто и в дороге помирал. На самом деле, с угнанным скотом скорость была не шибко велика, можно было продержаться несколько дней. Но сейчас уж больно неподходящее время. Холод, ветер. Далеко не все одеты и обуты нормально. Как выскакивали наружу под дикие вопли нападавших, так их и повели, связанных, подгоняя плетьми и практически не кормя. Кто падал и встать не мог - добивали. Самые крепкие и выносливые потом на рынке Кафы за немалые деньги продаются. Впрочем, самые мелкие обычно сидели в мешках на вьючных конях по обе стороны. Тоже приятного мало. Четвертые сутки везут, не задумываясь о необходимости отлить. На пустой желудок особо и нет, да все равно пованивают ребятишки изрядно.
Пришлось развить бурную деятельность. Лошадей вокруг, недавно еще живых, полно. Это ж не запрещенная падаль, а только что приконченные, пусть и не забойщиком. Нарезать конины побольше, пока не смерзлось в лед, сварить похлебку под жадными взглядами, благо большой котел у меня имелся для собственных людей, которым мясо почти все досталось, так что они не в обиде. С голодухи лучше ничего серьезного в желудок не совать, то всем известно. Можно сдохнуть от тяжелой пищи. А для поддержания сил мясной бульон с чутком пшенки сойдет. С последним оказалось проще всего. Пограбили куманы знатно. Среди груза нашлась мука, мед, крупа, овес, ячмень и даже солонина. И на наш отряд, и на этих прекрасно хватит.