– Дерек Викс увидел ее первым, и он был уверен, что это сердечная недостаточность. Крис приходил посмотреть на нее. Он ее не обследовал, это правда, но он видел ее, и он не поставил под сомнение слова Дерека. Никто в «Айви Лодж» не сомневался по поводу причины смерти. Это вы, чертовы детективы, видите преступления везде, куда ни посмотрите.
У Саймона зазвонил телефон и разбудил Феликса, который заревел от испуга.
– Натан, ты где?
– Стою у Бевхэмской центральной, босс. Я хотел увидеться с Энди Гантоном, но он все еще в очень плохом состоянии, к нему никого не пускают.
– Его семье сказали?
– Его сестра здесь. Я знаю эту Мишель Тейт. У нее нашлось для меня пару ласковых, когда мы встретились в коридоре, но на самом деле у нее находится пара ласковых для всех.
– Мы знаем, что случилось?
– Не-а. Мужчина просто подстригал свою живую изгородь, посмотрел вниз и увидел его в канаве. Сразу позвонил в «Скорую». Его избили и выкинули из машины, скорее всего.
– Погано.
– Он связался с погаными людьми… Я сейчас еду встретиться с Ли Картером.
– Ты знаешь его?
– О да, Ли Картера я знаю отлично.
– Ну, будь осторожен, возьми с собой кого-нибудь покрепче.
– Я, значит, недостаточно крепкий?
– Ты понимаешь, о чем я.
– Вы виделись с нашей миссис Ангус, босс?
– Виделся. Она очень плоха.
– Ну, было понятно, что так будет, разве нет?
– Да, – сказал Серрэйлер, – да, полагаю, ты прав.
Ему нравилось, что его сержант всегда говорит без обиняков.
Саймон вернулся на кухню.
– Кэт, Мэрилин Ангус твоя пациентка, да?
– Криса.
– Но ты ее знаешь?
– Не очень хорошо. А что?
Он взял стул и уселся на него задом наперед, глядя на Кэт, которая приложила Феликса к груди.
– Она меня очень беспокоит.
Он рассказал ей о своем визите в дом Ангусов. Кэт внимательно слушала, поглаживая головку своего ребенка. Пальцы на его ногах сжимались и разжимались от невероятного удовольствия сосания материнской груди.
– Очевидно, она в шоке, но это и не удивительно.
– Было такое ощущение, что мы с ней на разных волнах. Как будто я здесь, но как будто меня и нет. Она была словно в трансе.
– Отстраненная?
– Да… Скорее как…
– Как зомби?
– Вот это хорошее описание, да. Но больше всего я беспокоюсь о дочери. Она была в школе, но похоже на то, что она вообще не разговаривает со своей матерью, – она запирается в своей комнате сразу, как только приходит из школы. Мэрилин Ангус не хочет видеть в доме никого другого, говорит, что у них все прекрасно.
– У нее могут возникнуть суицидальные мысли?
– Нет. Ей явно недостает сфокусированности, энергии и чувства осмысленности происходящего, чтобы сделать это.
– Может она представлять опасность для Люси?
– Только в том смысле, что она может забыть про нее, перестать думать о ней и о том, чем она занимается, наплевать на нее.
– Это нехорошо. Ты хочешь, чтобы я попросила Криса зайти?
– Кто-то должен.
– У него сейчас дел по горло. Но он сходит. Кажется, замещающий врач сегодня даже провела целую операцию. – Она приподняла Феликса и начала поглаживать его по спине.
– Ладно, пора бы мне уже идти.
– Ну нет. Ты будешь сидеть здесь, пока не скажешь, к чему ты вел разговор до того, как у тебя зазвонил телефон.
Он знал, что она заставит его к этому вернуться. Ему никогда не удавалось ускользнуть от нее, даже когда они были детьми.
– Ты спросил, думаю ли я, что кто-то мог убить Марту.
– Не в таких выражениях.
– Ой, не будь иезуитом, именно это ты имел в виду.
– Ладно. И что ты скажешь?
– Но кто?
– Это не было частью вопроса. Я просто хотел спросить, возможно ли это.
– Ну, случается всякое. Но вероятно ли это? Нет, конечно, нет. Зачем кому-то это делать? Потому что кто-то хотел от нее избавиться?
– Потому что кому-то было ее жаль?
– Кому было ее жаль?
– Боже, Кэт, перестань меня атаковать.
– Это ты меня атаковал, когда начал этот разговор. Чертов полицейский. Есть такая вещь, как естественная смерть, знаешь?
– Давай оставим это. Мне нужно идти. Натан собрался на встречу с потенциально опасным человеком. Я должен быть там.
– Как знаешь. Только я не хочу, чтобы ты расхаживал тут и сеял разные сомнения, которые потом пустят корни между досками пола.
Саймон обернулся, уже натягивая куртку. Его сестра плакала, прижав ребенка к своему лицу.
– О господи, прости меня. Я не подумал, мне не нужно было ничего говорить.
– Ты счел нужным это сказать, значит, ты должен был это сказать. Все хорошо, во мне еще полно гормонов, не обращай внимания.
Саймон присел на корточки, подал Кэт чистый носовой платок и взял Феликса, пока она вытирала глаза. От ребенка пахло теплой плотью и молоком.
– Извини.
– Я правда не считаю, что существует даже один такой шанс на миллион, Саймон. Действительно не считаю. Имей это в виду. Иди и найди Дэвида Ангуса, пожалуйста. – Она посмотрела ему в лицо. Он ничего не сказал. Говорить было нечего. – И теперь еще и это, тело ребенка в Гардэйле, – сказала Кэт. – Они же должны быть связаны, нет?
– Не обязательно. На данном этапе нам слишком мало известно. Я не могу ни допускать эту возможность, ни исключать ее.
Глаза Кэт снова наполнились слезами.
