- Стажёрам я сказал не подходить. Если ты пацана не удержишь – никто не удержит, - сказал Криир Гато, снова наклоняясь над Хьёласом так, что он смог его увидеть. - А мастера скоро будут. Сейчас…
Хьёлас чувствовал, что сходит с ума. Напряжение в его голове было слишком сильным: смесь боли и страха, и отчаяние из-за того, что нельзя дать им выход хотя бы в крике. Он не мог дышать, и теперь уже точно знал, что сердце его не бьётся, и это почему-то было намного страшнее, чем видеть собственные органы, вывалившиеся из живота. Он хотел сказать мастерам, что больше не может терпеть, что не надо его держать. Хотел попросить снять боль. Или пусть ему позволят уйти в лёгкий эфир, там ему уж точно станет легче. А когда целители приведут его тело в порядок – он вернётся…
Но он не мог говорить, и лишь беззвучно шевелил губами. Трудно сказать, догадывался ли Криир Гато о том, что пытался сообщить Хьёлас, но мастера лишь продолжали твердить, что надо терпеть, ещё немного, надо держаться…
Хьёласу казалось, что что-то внутри него испортилось безвозвратно. Как мягкое стекло, которое можно сгибать во все стороны, но если перегнуть слишком сильно, оно перестанет держать форму. И пусть видимых повреждений на поверхности не видно, это уже не тот материал, что раньше.
- Мастер Хенк, сколько ещё вы сможете держать?
- Сколько надо. Но не затягивайте, ладно?
- Сделаем всё возможное. Тару, ты займись шеей. Фенг, на тебе вот этот участок. В первую очередь восстановите сосуды – потом всё остальное. Идриш, Касидос, вы поможете мне с сердцем, потом с лёгкими. Как мальчика зовут?
- Хьёлас, - ответил мастер Гато. – Хьёлас Апинго.
- Знакомое имя, - отозвался целитель и наклонился, вглядываясь в лицо своего пациента. – Это не тот, что в прошлом году с двойниками баловался?
- Тот самый, - сказал куратор.
- С двойниками? – переспросил мастер Хенк. – Апинго, да ты полон сюрпризов! Ты должен мне как-нибудь об этом рассказать…
«Чего только не скажут человеку на пороге смерти, - с грустью подумал Хьёлас, а потом он вдруг понял, что это значит, и его захлестнул страх на грани паники. – Я не хочу умирать. Это не может быть конец!»
Сколько всего он собирался сделать! Сколько планов, надежд, возможностей! И что – всё это улетит в никуда?
«Сколько ещё боли я готов вытерпеть ради эфемерных амбиций, которым, возможно, и не суждено реализоваться? - мысленно спрашивал он сам себя. – Но дело ведь не в них, не в личных амбициях, я в том, ради чего они появились. Ради кого… Сёстры, мама, Астрид…»
Мастера и целители продолжали что-то говорить, но Хьёлас едва ли их понимал. Он зажмурился, чтобы было легче отстраниться от ситуации и соредоточиться на причинах бороться. Он думал о семье, об учёбе, о Мёртвом Городе и о магии. О лёгком эфире, который с удовольствием примет его. «Ещё не время уходить, - думал Хьёлас, - слишком рано».
- Хьёлас, открой глаза, - сказал старший целитель, когда прошла, по мнению Хьёласа, уже целая вечность. Он подчинился, но понадобилось несколько секунд, чтобы зрение снова заработало. – Мы сделали, что могли, теперь надо снова запустить все процессы. Сначала отпустит мастер Гато. Боль может усилиться, но постарайся потерпеть. Когда мы убедимся, что твой организм готов функционировать нормально, мы снимем боль, и ты сможешь отдохнуть. Моргни два раза, если понял.
Хьёлас озадаченно таращился в пространство перед собой, едва ли переваривая поступающую информацию. Он прокручивал про себя слова целителя, пытаясь понять, что они значат. Боль усилится? Разве это возможно?
Тем не менее, он смежил веки два раза и приготовился. Ему было страшно, но не слишком. Судя по разговорам, целителям удалось восстановить его тело до нормального состояния. А значит, худшее уже позади.
- Будьте готовы снова взять его под контроль, - негромко сказал целитель. – Всё, я сплёл диагностирующий контур… отпускайте.
Разницы Хьёлас почти не почувствовал. Да, качественно ощущения немного изменились и сместились, но нельзя сказать, что боль усилилась. Наверное, это был уже предел.
- Хорошо. Замечательно. Теперь сверху. Хьёлас, нам пришлось прочистить тебе лёгкие, но чтобы полностью восстановить структуру, тебе придётся сначала полностью выдохнуть, потом сделать вдох. Постарайся дышать глубоко и медленно, или даже немного придерживать дыхание на вдохе первые несколько минут. И – это очень важно! – оставайся в сознании. Мы быстро всё исправим, если что, но ты должен нам дать хотя бы несколько секунд. Сдюжишь? Моргни три раза, если понял.
Хьёлас помедлил совсем немного и сделал, как просили. Он устал, ужасно устал. Он хотел, чтобы ему уже сняли боль и оставили в покое. Он выжил, а значит, мастер Гато должен отпустить его домой – так он обещал.
- Контур готов, - сказал целитель, - отпускайте.
Мир в очередной раз перевернулся, и Хьёлас почувствовал, что его тело как будто расползается. Но оказалось, что просто исчезло давление с его шеи и груди, и он снова стал собой, как же это неприятно…
