- Ты – скорее всего, ничего. Опыта маловато. Но если задержишься в лёгком эфире и сможешь на несколько минут замереть, я, вероятно, сумею расшифровать, что к тебе подцепилось. Это может быть какой-то информационный узел, который ты поймал во время или после нападения.
- Но почему я тогда не чувствую боли всё время, а только после погружения в другие измерения?
- Есть множество возможных объяснений, - мастер пожал плечами, как показалось Хьёласу, с некоторым раздражением. – Суть в том, что если ты приостановишь обучение, проблема не исчезнет. Ты позволишь страху боли остановить тебя на пути к цели?
Хьёлас помотал головой. Ему была неприятна такая резкость мастера, но он понимал, что всё сказанное – правда. Нельзя останавливаться. Боль пройдёт, навыки останутся.
- Ладно, я готов.
Мастер не ответил, а лишь кивнул: я, мол, наблюдаю.
Хьёлас погрузился и замер сразу за барьером. Он заметил, как мастер Оммадс приблизился и начал пристально изучать какие-то структуры в его легкоэфирном теле. Потом отстранился и как будто бы даже частично исчез. Но не успел Хьёлас забеспокоиться, как последовал наказ возвращаться.
- Сколько, по-твоему, времени прошло? – строго спросил мастер, выныривая из лёгкого эфира вслед за Хьёласом.
- Минут… пятнадцать-семнадцать.
- Хорошо. Ты понял, что я делал?
- Не совсем, - признался Хьёлас. – Вы что-то рассматривали, а потом… погрузились в глубину?
Мастер Оммадс удовлетворённо кивнул и лицо его смягчилось.
- Молодец. Интерпретируешь ты происходящее довольно неплохо, с учётом того, что ты новичок.
Хьёлас кивнул, принимая похвалу как само собой разумеющееся. Куда больше его интересовало другое:
- Вам удалось что-то узнать? Откуда и почему берётся боль?
Мастер Оммадс снова нахмурился и ответил с явной неохотой.
- Нет. Либо это какое-то плетение хитро спрятанное в структуре твоего собственного лекгоэфирного тела, либо оно подвязалось к тебе с каких-то измерений, мне недоступных. В первом случае тебе помогут в гильдии фундаменталистов – это может оказаться проклятием.
- А во втором случае? – поинтересовался Хьёлас.
- Даже не знаю. Придётся поискать специалиста, который сможет взглянуть на это с нужной стороны… единственное, в чём я почти уверен – это не имеет никакого отношения к тому нападению. Школьник не мог такое сделать. У тебя есть какие-то предположения…
- Нет, - солгал Хьёлас, а потом мысленно выругал себя – слишком уж поспешно он ответил, мастер наверняка заметил неискренность. – Ладно, займусь этим вопросом позже. Сейчас… продолжим занятие? – неловко предложил он.
Несколько секунд мастер глядел на него задумчиво, как будто хотел настоять на обсуждении, но Хьёлас был твёрдо уверен в одном – хоть мастер Оммадс и оказал ему бесценную услугу, взявшись за обучение, это ещё не означает, что ему можно доверять и рассказывать о Мёртвом Городе и Сердцах Пустоты. Хьёлас был почти уверен, что именно там к нему подцепилось это нечто – когда он в прошлом году очищал участок и случайно зацепил именно этими пальцами одно из Сердец.
- Продолжим, - сказал мастер через некоторое время, и Хьёлас облегчённо выдохнул. - Теперь попробуй осознанно найти новое измерение – но только одно. Учти, что оно мгновенно потянет тебя «в отрыв», на столь глубокие слои, что вернуться оттуда сам ты уже не сможешь. Так что учись контролировать глубину. Держись за уже знакомые тебе пространства и не отпускай их, пока шаришь по соседним измерениям.
Хьёлас пытался. И снова на практике задача оказалась более сложной, чем на словах – если он сосредотачивался на знакомом ему пространстве, он не мог найти новые направления; если же он полностью отдавал себя во власть воспоминаний о глубине, измерения затягивали его, спеша показать всё многообразие глубин, и он терял связь с основным уровнем. И каждый раз, возвращаясь в физическую реальность, Хьёлас испытывал жуткую пронизывающую боль в левой руке – теперь уже не только в пальцах и кисти, но и в предплечье и даже выше.
- Сделаем перерыв на обед, - сказал мастер Оммадс через несколько часов.
- Я не голоден, - мрачно отозвался Хьёлас.
- Не имеет значения. Тебе надо подкрепить силы, это не обсуждается.
Хьёлас подчинился, не чувствуя в себе достаточно сил для споров. Он проглатывал еду, не чувствуя её вкуса, орудуя ложкой довольно неуклюже: ему пришлось взять её в правую руку, потому что левая дрожала абсолютно нещадно. Последний час боль почти не утихала, и это довело Хьёласа до того, что в лёгком эфире он соображал лучше, чем на основном уровне реальности.
- Как самочувствие? – нейтральным голосом спросил мастер Оммадс сорок минут спустя, когда они снова вернулись в гостиную.
- Рука прошла, - сказал Хьёлас, изо всех сил стараясь говорить спокойно и приветливо и не выдавать своего дурного настроения. Незачем испытывать терпение мастера, который и так тратит на него уйму времени.
- Хорошо, давай продолжим. Повтори ещё раз последнее упражнение, чтобы закрепить.
