- Сегодня мы просто пройдёмся по окрестностям, - сказал он, возвращаясь к реальности. – Я покажу вам, где есть горячее озеро и как быстро добраться до рынка. Если что – не стесняйтесь спросить дорогу у местных. К жрецам обращайтесь «атар», к послушникам – «ниил».
- А как отличить жреца от послушника? – спросила Виора.
- Жрецы носят серые балахоны с тёмными идеограммами. Послушники ходят в обычной одежде, но с кучей амулетов и… ты легко отличишь их от паломников. Не могу объяснить, но это сразу видно.
- По поведению? – подсказала мама.
- Да, наверное.
Хьёлас опускал вэйпан достаточно медленно, чтобы им навстречу выбежал послушник и жестами указал место, куда можно приземлиться.
- Доброго времени, гости! – сказал он, радостно улыбаясь. – Добро пожаловать! Вы резервировали гостевые комнаты, или хотите занять кельи для паломников?
- Доброго времени, ниил, - Хьёлас предостерегающе прищурился, чтобы послушник не вздумал давить на него своей аурой благодушия. Он ещё в прошлый раз уяснил, что не все местные умеют это контролировать, но этому лучше бы уметь. – Мы резервировали комнаты.
- Замечательно! – Он не давил, и Хьёлас немного расслабился. – Меня зовут Кото Фрик, и я, если что, жрец. У меня даже модный костюмчик есть, но я его не ношу – жмёт в паху. Позволите вас проводить?
Виора захихикала.
- Спасибо, я знаю, куда идти, - сдержанно сказал Хьёлас, несколько ошарашенный таким поведением жреца.
- Я помогу вам с вещами, - вызвался Кото Фрик, перехватывая у Хьёласа сумки. – Как прошёл полёт?
Жрец то ли притворялся, то ли действительно не замечал реакции Хьёласа. Разговор взялась поддерживать мама, и Кото, вопреки опасениям Хьёласа, до скабрёзных острот больше не опускался. Впрочем, его поведение в любом случае настолько отличалось от того, что ожидал Хьёлас от жреца, что выглядело всё равно неприличным.
- О, вам повезло с комнатами, - заявил он, когда комендант выдал им ключи. – Третий этаж, вид на лес… Правда, на прошлой декаде здесь жил парень из Гелота, и он в один из дней настолько перебрал, что заблевал не только комнату, но и коридор, лестницу, и даже каким-то образом стену снаружи. Наверное, высунулся из окна, чтобы подышать воздухом… - Увидев выражение лица своих спутников, Кото расхохотался. – Ладно, шучу я. Не было такого. Точнее, было, но не здесь. Располагайтесь с удобствами и приходите на вечерние чтения. Не беспокойтесь, меня там не будет, сможете отдохнуть от моей неотразимости. Вернее, только там меня и не будет, а в остальное время можете ко мне обращаться по любым вопросам, - он подмигнул на прощание Виоре и умчался по своим делам.
Тишина после его ухода стала почти звенящей и казалась противоестественной – как это, её никто не нарушает?
- Да уж, весьма тёплый приём, - не без иронии сказала, наконец, мама.
Хьёлас вздохнул и начал разбирать сумки. Кажется, ему ещё многое предстоит узнать о жрецах Протектората.
Летом Убежище Гион казалось совершенно другим местом. Деревья в лесу были покрыты сочной зелёной листвой и полны самой разнообразной живностью. Некоторых зверушек выследить было совсем легко – они так громко шуршали и фыркали, добывая ягоды с кустов, что их трудно было не заметить. О других можно было судить лишь по редким следам, и, при некотором везении, можно было увидеть мельком чешуйчатый хвост или пятнистый бок.
Храм Протектората тоже сильно изменился, но тут, скорее всего, дело было не во времени года, а в количестве людей. Во время Зимнего Фестиваля Единства здесь было не протолкнуться – всё заполонили гости и участники турнира. Теперь же даже территория стала как будто больше, и жрецов и послушников прибавилось. Они не торопясь занимались своими делами, жили своей жизнью, уделяя гостям должное внимание, только если оно требовалось.
Хьёлас спланировал бюджет так, чтобы им не пришлось отрабатывать еду, но как-то так само собой получилось, что мама с Лаэтой, просто удовлетворяя профессиональное любопытство, помогали в огороде и саду, и их почти каждый день приглашали обедать со всеми. Во второй половине дня Хьёлас возил их то к морю, то в Музей Древних Причуд, и во все интересные места, которые он сам знал, или просто хотел посетить в прошлый свой визит сюда, но не успел. Только в подводных садах чуть не случилась неприятность – в одной из оранжерей был целый ряд лацельтий, а на них, какими бы интересными они ни были, Лаэте смотреть было нельзя – это могло воскресить воспоминания о дне блокировки, и, следовательно, пустить все усилия насмарку. Хьёлас не уделил внимания схеме выставки, и если бы не один из чужих детей, настойчиво звавший родителей «посмотреть на поющие цветы», он так бы и не заметил опасности до самого последнего момента. А так ему удалось увести Лаэту в другом направлении, хоть и не без труда – её, разумеется, поющие цветы тоже заинтересовали.
