Они плохо относились к военной дисциплине, жители Гласьер-Харт. Когда дело доходило до приказов, особенно в бою, с ними все было в порядке; они проявляли немного меньше интереса к поддержанию стройных порядков, отданию чести, надлежащей военной вежливости или любой другой из ста одной вещи, которая отличала профессионального солдата от гражданского вне поля боя. С другой стороны, шахтеры привыкли к условиям труда, где их жизнь часто зависела от дисциплины — как их собственная, так и жизни их коллег-шахтеров, — и у них был короткий разговор с любым, чье недисциплинированность угрожала фактической функциональности подразделения. На самом деле, наказание, которое они назначали, почти всегда было более суровым, чем даже знаменитая дисциплина регулярных войск армии республики Сиддармарк. Жестко или нет, но только очень редкий игрок Гласьер-Харт дважды совершал одно и то же нарушение, после того как его товарищи… переубедили его. И, конечно, как только он возвращался из лазарета.
Регулярные солдаты — даже чарисийские — поначалу были склонны смотреть на 1-й полк Гласьер-Харт свысока. Однако горстка выживших морских пехотинцев генерала Тейсина быстро исправила ситуацию, а высокий процент охотников и трапперов в полку Реймана делал его особенно подходящим для выполнения задач легкой пехоты, в которых армия Бога была наименее искусна. Фактически, герцог Истшер начал использовать добровольцев для выполнения заданий, которые он обычно поручал своим снайперам-разведчикам.
Тот факт, что мои шахтеры и строители каналов больше привыкли работать со взрывчаткой, чем большинство людей, тоже никому не повредит, — подумал Рейман с мрачным весельем. Валис с неподдельным мастерством особенно взялся за установку «подметальщиков» и «фонтанов». Я только хотел бы, чтобы можно было меньше беспокоиться о том, что происходит у него внутри.
Он вздохнул, сжав губы, когда подумал об убитой семье Валиса Макхома. Слишком многие из его добровольцев могли бы рассказать ту же историю, и он знал, что у него будут проблемы с предотвращением ответных зверств, которых Истшер пытался избежать. Он только надеялся, что герцог вспомнит, что пришлось пережить жителям Гласьер-Харт.
И он также надеялся, что герцог знал, что он делает, вытягивая столько боевой мощи из Гласьер-Харт. В данный момент 1-й добровольческий полк Гласьер-Харт и остальная часть колонны Истшера находились на полпути между озером Гласьерборн и фортом Сент-Клейр, огибая западный склон холмов Клинмейр. Это было далеко от ущелья Гласьер-Харт, и он чертовски надеялся, что силы, оставленные Истшером, смогут удержать армию Гласьер-Харт подальше от провинции, в честь которой она была названа. Вероятно, так оно и было, но «вероятно» было не тем словом, которое любил Бирк Рейман, когда речь заходила о безопасности людей, которых он защищал последние полгода своей жизни. Они были важны для него, и он голыми руками перегрыз бы глотку любому, кто угрожал бы им.
Спокойно, Бирк, — сказал он себе. — Спокойно! Герцог знает, что делает, и даже если он на самом деле не сказал вам, что у него на уме, у вас есть довольно хорошая идея, не так ли? В конце концов, есть причина, по которой он наказал вам убедиться, что у вас достаточно кирок и лопат.
И взрывчатки, конечно.
Брат Линкин Фултин оторвал взгляд от своего блокнота с заметками, когда викарий Аллейн Мейгвейр вошел в его кабинет. Ночи в северных землях Храма уже были неприятно холодными, на рассвете в некоторых фонтанах образовался лед, а день оставался отчетливо прохладным. Короче говоря, это было типичное раннее сентябрьское утро в Зионе… несмотря на это, Фултин, родившийся в высоких предгорьях гор Света, держал окна своего офиса открытыми. К счастью, ветер, дувший сквозь них, был недостаточно силен, чтобы стать проблемой для более умеренных чувств Мейгвейра, но он доносил запах угольного дыма и горячего железа, лязг молотков по наковальням и более громкий, медленный, ритмичный стук ковочных молотов с водяным приводом.
Литейный завод святого Килмана на самом деле не находился в окрестностях Зиона, но он был достаточно близко, чтобы попасть под прямую юрисдикцию города, и за последние несколько лет он быстро рос. К настоящему времени это было крупнейшее промышленное предприятие на землях Храма, хотя все сообщения инквизиции предполагали, что его производительность оставалась удручающе низкой по сравнению с проклятыми заводами Делтак еретика Хаусмина. Мейгвейр был благодарен за предполагаемые производственные показатели, какими бы удручающими они ни были, хотя он мог бы пожелать, чтобы агенты инквизитора Клинтана предоставили немного больше информации о том, как Хаусмин добивался таких успехов.
