Отправлено: Вторник 10/07/2018, 10:35
Важность: высокая
От кого: InspKarlJacobs@BritishTransport.police.uk
Кому: CID@ThamesValley.police.uk
Тема: ИЗВЕЩЕНИЕ ОБ ИНЦИДЕНТЕ СО СМЕРТЕЛЬНЫМ ИСХОДОМ: МОСТ УОЛТОН-УЭЛЛ
Сегодня, 10/07/18, примерно в 1:25 ночи бригада инженеров-путейцев «Нетуорк рейл», работавшая на путях к северу от Оксфордского вокзала, заметила подозрительную активность на вышеуказанном мосту. По пути должен был пройти товарный состав, однако работники смогли дозвониться до машиниста и в последний момент остановить поезд. Человек, обнаруженный под мостом, уже скончался. При нем не было документов или других предметов, по которым его можно было бы идентифицировать. Первоначальный версией было самоубийство, но эксперт, работавший на месте происшествия, обнаружил повреждения, которые не соответствуют смерти, последовавшей в результате падения с высоты. В связи с этим я срочно связался с полицейским судмедэкспертом.
Вести дело будет К. Р. Бодди при участии одного из моих офицеров.
Карл Джейкобс,
инспектор, транспортная полиция Великобритании, Оксфордшир,
железнодорожный вокзал Оксфорда, Парк-Энд-стрит, Оксфорд, ОХ1 – 1HN
Бакстер принимается искать сплетни в «Твиттере», но не слишком поспешно: на том основании, что они и так обязательно до него дойдут. К тому же он по опыту знает, что лучше изображать деятельность, чем получить по голове.
Он сам с собой заключил пари о том, что и часа не пройдет, как Фаули заявится доставать его, однако через полчаса, подняв голову от компьютера, видит перед собой инспектора. Тот выглядит встревоженным, встревоженным сильнее, чем обычно, даже сильнее, чем взбешенный суперинтендант.
– Есть прогресс?
Бакстер садится прямо:
– Ну, кажется, у меня получилось выяснить, с какого аккаунта все началось. Имя Фишер не упоминается, но если человек в курсе всей этой истории, то чертовски ясно, кто имеется в виду.
Фаули обходит стол, встает за Бакстером и наклоняется к экрану.
– Покажи.
Звонит телефон, и трубку берет Куинн.
– Уголовный розыск. – Он несколько мгновений слушает, потом говорит: – Ясно, назовите еще раз этот адрес… дом шестьдесят два «а», Шривенхэм-Клоуз, Хедингтон. Хорошо. Мы отправим нашего сотрудника.
Он кладет трубку, встает и берет куртку со спинки стула.
– Эв, думаю, ты мне понадобишься.
Она поднимает голову:
– Проблемы?
– Поступило заявление о пропавшей женщине. Сегодня не явилась на работу и не отвечает на телефонные звонки. Коллеги съездили к ней и обнаружили, что входная дверь открыта, а внутри никого. Звонили сотрудники – если учесть, что ее не видели и с ней не разговаривали более двенадцати часов, они не хотят рисковать. Хотят, чтобы посмотрел кто-нибудь из наших.
[Архивная запись вступительной речи Тони Блэра, вечер после выборов 1997 года. Затихает и переходит во «Все может быть только лучше» – D: REAM]
[МУЗЫКА СТИХАЕТ]
[ДЖОСЛИН]
Для всей страны, возможно, и стало лучше, но для некоторых 2 мая 1997 года стало худшим днем.
Во-первых, для девушки по имени Паула. Тот вечер она провела в отделении экстренной медпомощи в Королевском лазарете Манчестера после того, как на нее напали и подвергли сексуальному насилию.
И для Гэвина Пэрри. Тот вечер дал толчок череде событий, которые в конечном итоге закончились его арестом, осуждением на восемнадцать лет тюремного заключения за изнасилование и попытку изнасилования семи молодых женщин на территории Оксфорда.
Так как же жестокое происшествие в Манчестере связано с серией нападений, произошедших почти год спустя и на расстоянии почти в двести миль?
