Так греки сохранили для нас многие древние топонимы, исказив при этом часть из них настолько, что первоначальный их вид в тех языках, на которых они были созданы, едва ли может быть восстановлен. Тем не менее благодаря пытливости греческих ученых, писателей, путешественников мы располагаем древнейшими описаниями многих мест на земном шаре и имеем первые исторические сведения о многих ныне исчезнувших народах. Из путевых записок византийского императора Константина Багрянородного (905-959) мы узнаем о жителях Киевской Руси, о печенегах и других народах. У него же находим древнейшие русские топонимы, в том числе и самую раннюю письменную фиксацию названий Днепровских порогов.
Совершенно иной была традиция номинации у кочевого населения. Прежде всего было два принципиально разных типа кочевок. Первый, и наиболее традиционный, когда одна и та же этническая общность занимала в течение более или менее длительного времени одну и ту же территорию и осуществляла на ней свои ежегодные перемещения, связанные с сезонной сменой продуктов питания (корма для скота, грибов, ягод, дичи, рыбы). Описание такой кочевки татаро-монголов во времена Батыя дал итальянский путешественник Рубрук, совершивший путешествие к Батыю, который отмечает, что они жили в повозках, «на колесах». Принадлежавшие им огромные стада невозможно было прокормить на одном месте и нужно было непрерывно, может быть и ежедневно, перегонять их на новые пастбища. Орда Батыя от января до августа медленно двигалась на север, а с августа – в обратном порядке. Эта форма кочевого хозяйства и быта, именуемая непрерывным кочеванием, продержалась (у ногайцев) до XVII-XVIII вв. Очевидно, таков был образ жизни аланов, скифов и многих более древних народов.
Сосед соблюдал неприкосновенность территории соседа, что обычно обеспечивалось наличием некоторой нейтральной полосы между кочевьями тех и других. Естественно, что у людей каждого племенч на их языке были до тонкостей перечислены и обозначены все природные угодья.
Второй тип кочевки происходил в чрезвычайных обстоятельствах (стихийные бедствия, война, появление нового, более могучего соседа, резкое возрастание численности народа внутри своего кочевья). Тогда весь народ (или его часть, обычно поколение) откочевывал на новое место. Истории известны случаи очень значительных передвижений кочевых народов. Например, в XVII в. началось движение ойратов, предков нынешних калмыков (они и сейчас себя называют ойратами и относятся к ойратской ветви монгольских народов). В 1603 г. часть ойратских племен покинула Джунгарию и двинулась на запад. Они передвигались летом и зимой, форсируя по льду крупные реки. Несмотря на то, что они везли с собой все имущество, скорость их перемещения была столь внушительной, что в 1609 г. они уже достигли низовьев Волги.
Еще более внушительным и могущественным было движение гуннов, народа, образовавшегося во II-IV вв. н. э. в результате смешения тюркоязычных хунну, пришедших.из Центральной Монголии и Джунгарии, и угорских племен Приуралья и Поволжья, с которыми они образовали племенной союз. В 70-х годах IV в. началось массовое продвижение гуннов на запад. В середине V в. под предводительством Аттилы осуществляется их победное шествие по странам Европы и Малой Азии (Ист. энциклопедия, т. 62, с. 851). Подобных перемещений народов, порой на очень значительные расстояния, известно очень много.
Передвигаясь, народы несли с собой свою материальную и духовную культуру, язык, имена. Возможно, подобным перемещениям крупных масс населения мы обязаны наличием многих одноименных рек, отстоящих на тысячи километров друг от друга, ср.: Она – второе название реки Бирюсы (бас. Ангары) и притока реки Абакан (бас. Енисея) и мн. др.
При кочевом образе жизни, в особенности в чрезвычайных обстоятельствах, важно было не терять из виду отдельные структурные единицы этнической общности и всегда знать об их местонахождении. Поэтому кочевой народ двигался не хаотической массой, а в строго установленном порядке следования частей этноса (впереди, позади, справа, слева друг от друга). Это позволяло кочевникам быть оперативными в бою и способствовало равномерному распределению по степи в мирное время, так, чтобы животным хватало корма, а людям – продовольствия.
