Обратим внимание на характерные для нашей страны новые названия населенных пунктов типа Киров и Кирове*,, Ленине и Ленинское. Этих типов не было в числе прежних ойконимов. Правда, были похожие по оформлению: Тамбов, Кашин, Черкасск. Однако в них суффиксы -ов-1-ин, -ск- соединены с иными основами.
XX век характеризуется экспансией антропонимов в область топонимов, при этом в состав топонимов вошли антропонимы в чистом виде: Пушкин, Киров, Артем, Ольга, Анна, Ильич и в суффиксально оформленном: Артемовен, Пушкинское, Илъичевск. Увеличилось также число топонимов, образованных от других топонимов: станции Печора, Лена, Западная Двина.
Возможно, определенное влияние на этот тип топонимов оказали принятые на Западе Виктория, Байрон, Гудзон. Не исключено, что и на названия улиц, включающих имя человека в родительном падеже, оказали некоторое влияние названия улиц в других странах, где прилагательные от имен собственных ограничены или отсутствуют. С другой стороны, названия типа ул. Токарева однознач-во связано с фамилией Героя Советского Союза, а Тока-ревская улица может быть соотнесена и с фамилией Тока рев, и со слободой токарей.
Форма прилагательного в названиях поселков: Токарев-ский, Аршинцевский, наоборот, скорее дает соотнесение с фамилиями героев Отечественной войны, чем Токарево, Аршинцево (как были названы эти поселки). Очевидно, именования в форме прилагательного, а также в форме существительного на -ово оказываются для XX в. наиболее топонимичными и максимально сохраняющими связь с фамилией или именем человека, поэтому они оказываются численно превосходящими.
Ойконимы в форме прилагательных мужского рода (Верный, Грозный) были типичны для XIX в. Среди современных новых названий преобладают формы среднего рода (Голубое, Лазурное). Формы мужского рода отступили на второй план, формы женского рода редки.
Новые названия улиц сопоставимы с новыми ойкони-мами. Среди них также выделяются названия, данные:
1. В честь или в память прославленных людей: пл. Достоевского, ул. Маши Порываевой, проспект Маркса, ул. Павлика Морозова.
2. Названия-символы новой эпохи: Комсомольская пл., Марксистская ул., проспект Мира, ул. 1905 г., Большевистская ул.
3. Урбанонимы, повторяющие названия культурных и промышленных объектов: Динамо (микрорайон города и название остановочных пунктов транспорта по стадиону «Динамо»), Велозаводская ул., Телеграфный пер., Партийный пер. (по райкому партии), Милицейская ул. (по отде^ лению милиции).
Внутригородские названия обладают большей подвижностью и большей ёмкостью по сравнению с ойконимами, да и само число их во много раз превосходит число названий городов и поселков. Поэтому новые названия улиц и площадей, несмотря на все переименования, сохраняют значительное число единиц, отражающих местоположение объекта, расположение его по отношению к другим городским объектам, внешний вид объекта и т. д. Таковы названия в черте Большой Москвы: ул. Верхняя, пер. Дальний, ул. Нагорная, пер. Прямой, пер. Двойной. Новые названия улиц, подобно старым, включают наименования физико-географических объектов, вошедших в состав города: Озерковская наб., Сетунский пр. Сам характер названий улиц способствует более легкому включению в их состав (по сравнению с ойконимами) различных слов, актуальных для эпохи, и созданию искусственных образований, например: ул. Молодежная, ул. Бунтарская, ул. Добровольческая, ул. Дружинниковская, ул. Строителей, ул. Радио, шоссе Энтузиастов.
Насколько каждой эпохе свойственны свои форманты или свое соотношение известных формантов, можно показать на урбанонимии Москвы. Например, названия, имеющие форму родительного падежа, встречались в Москве с XVII в. Но тогда они образовывались от неодушевленных существительных (площадь Тверских Ворот) и были единичны, составляя в XVII-XVIII вв. от 1 до 2% от общего количества урбанонимов. В послереволюционной Москве их число возросло до 25 %. Они стали образовываться преимущественно от фамилий: площадь Маяковского, ул. Неждановой. Это увеличение числа урбанонимов в форме родительного падежа шло преимущественно за счет сокращения названий, имеющих форму прилагательных, которые в XVII в. составляли 74% всех названий, а в послереволюционной Москве сократились до 41%. Новые названия в черте Большой Москвы обычно имеют форму родительное падежа.
Основное назначение топонимов – фиксация географических объектов на поверхности земли. Чтобы выполнять это свое назначение наилучшим образом, топонимы должны, называя, различать. В каждом языке выработались свои способы называния. Среди них есть более удобные и менее удобные, которые постепенно совершенствуются. Чтобы хорошо различать объекты, одно название должно противопоставляться другому и каждое – всем. Решая во-' прос о том, какими должны быть топонимы, мы одновременно покажем, какими они быть не должны.
