Девушка очень расстроилась, когда говорила это, ведь для неё всё было в новинку. Врать, вести себя так недостойно, да вдобавок оправдываться перед всеми.
– Скажи, что помогала мне, – на ходу сочинила Энн, чтобы поддержать подругу хоть как-то. – Реально, скажи, что я отравилась, и ты возила меня в клинику. Я всё подтвержу.
– Ладно… Я что-нибудь придумаю, – смиренно выдохнула Эшли, сбрасывая звонок.
Она, конечно, понимала, что попала впросак, но уже ничего не оставалось, кроме как лгать и дальше. Как раз сегодня у неё было назначено дополнительное занятие у мисс Зальцбург, до которого оставалось два часа, но перед этим ей нужно было поговорить со своим парнем. Эшли решила доехать до своей квартиры, и каково же было её удивление, когда его машина оказалась у неё перед домом. Страх сковал её изнутри, потому что больше всего на свете она не любила врать и боялась разочарования, которое она могла вызвать у людей, которые были ей относительно близки. Как только девушка увидела Колби, стоящего возле двери её квартиры на втором этаже, тут же начала сочинять историю про Энн, и он терпеливо выслушал, проходя с ней внутрь, пока она открывала дверь дрожащими от нервов руками.
– Надеюсь, у неё всё хорошо, – продолжил парень, нахмурившись и присаживаясь на диван в гостиной.
– Да, сейчас уже, да, – подтвердила она, закрывая дверь и снимая с себя толстовку.
Колби, расстроенный происходящим, подошёл к ней и убрал выбившуюся из хвоста прядку за её ухо. Он всегда смотрел на Эшли так, словно не видел других девушек вокруг. Словно для него существовала лишь она, и он не мог допустить и мысли, что она его хоть в чём-то обманывала. Ведь они оба были «правильными» и очень занятыми, и этот факт парень принимал, ровно, как и тот, что у неё была одна единственная подруга, которой хоть иногда стоило уделять время. Особенно учитывая, что Энн одобряла их отношения и могла пригодиться ему в случае ссоры или недомолвок с Эшли.
– Поцелуй меня, – промолвил он, начав своё новое наступление, от которого Эшли растерялась прямо в гостиной за невозможностью вдохнуть воздуха.
Его губы блуждали по её шее, пока она изрядно нервничала, изогнувшись перед ним в странной позе на еле слушающихся ногах. Рядом с Колби Эшли всё чаще думала, что фригидна, поскольку не хотела близости. Не хотела чего-то столь интимного и откровенного и боялась даже допустить мысль об этом, хоть при этом и не ощущала явного отвращения, скорее, простое «ничего». Его настойчивые руки нырнули под ткань её майки, и на этом мгновении она вздрогнула, откровенно отпрыгнув от него в состоянии неприязни от оказываемого давления.
– Эшли… – уставился он на неё в смятении. – Я не хотел ничего такого. Почему ты так резко реагируешь?
Естественно, для парня, которому исполнилось уже двадцать лет, было странно такое поведение, хоть он и знал, что Эшли невинна. Но вместе с тем, он никак не мог принять подобное, ведь был довольно симпатичным парнем, и многие девушки хотели быть с ним.
– Колби, прости, мне нужно на дополнительные к мисс Зальцбург. И я перенервничала. Был сложный день. Не обижайся, но реально… Это всё… Не сейчас, – опустила она глаза и направилась в комнату, вызвав у него неоднозначную реакцию.
Колби был и зол на неё, и разочарован. Но самое главное, ему уже порядком надоели её отговорки.
– Нет, Эшли, подожди, – догнал он её и обхватил ладонью плечо. – Что происходит? Сколько ты будешь динамить меня? Я понимаю, ты не из тех девушек, что сразу бросаются в постель, но будем честны, думаю, определенное отношение я заработал. Я добивался тебя семь месяцев, а ты ведёшь себя так, словно мы с тобой друг другу никто. Что мне сделать, чтобы ты была готова, я не понимаю?!
С каждым разом его речи душили её всё сильнее, но она не понимала, как объяснить ему, что не чувствует того, что время пришло. Эшли так боялась, что он не поймёт её, что зачастую просто странно всё обрывала и бежала прочь, ссылаясь на дела и другие насущные проблемы.
– Я не знаю, Колби, ясно?! – выкрикнула она, ощущая, как её щёки горят красным пламенем, и тут же нервно схватила рюкзак, направившись к двери. Девушка впервые так категорично себя повела, потому что злилась и сама себя не понимала, точнее, своё тело. – Мне нужно ехать на занятия. Давай поговорим позже, хорошо?
Парень разочаровался окончательно, громко вздохнув, и последовал за ней к выходу. Он не сказал ей ни слова, и она думала, что перегнула, особенно, когда он остервенело хлопнул дверью своего Мерседеса, а затем с визгом колёс сорвался с места. Девушка вздрогнула и направилась к мисс Зальцбург раньше времени, пытаясь избавиться от навязчивых мыслей о том, что она конченая идиотка и вскоре потеряет то единственное, что делает её «нормальной», в частности, такой, как все. Ни её мама, ни Энн ни за что бы её не поняли, и девушка начинала думать, что с ней действительно что-то не так…
***
