Когда есть кто-то рядом, кто готов тревогу и переживания разделить пополам, все трудности, неприятности и волнения становятся уже не такими сложными и страшными. И можно решить любые вопросы и преодолеть любые преграды, когда есть тот, кто готов быть с тобой вдвоем. Без условий, без обязательств, без сомнений. Навсегда. Как воздух.
Когда для того, чтобы справиться с любой бедой, достаточно обнять за плечи и, прижавшись крепко, тихо сказать: "Дыши со мной", разделяя на двоих жизнь...
Комментарий к Эпилог ч.2
ох... Как-то так. Может переделаю впоследствии. Но именно сейчас - конкретики не хотелось вообще. Роман о чувствах.
От беты: проверено.
НЕБО ПО ИМЕНИ СКАЙ ( рассказ)
И каждый раз он сходил с ума, когда небо по имени Скай накрывало его собою. Эрик дышал только этим. Он жил только этим. И смысл был только в этом.
Скай прижимался к Эрику всем телом. Скай вдавливал тело Эрика требовательно и сильно в постель, и Эрик, вцепившись ладонями в простыни, впускал небо в себя. Только потому, что сопротивляться, когда на тебя падают небеса, было невозможно.
И когда Скай приходил вечером к Эрику в комнату, он становился другим. Не оставалось в Скае робости и застенчивости. Он точно знал, чего хотел. Он приходил требовать... Жадно, голодно.
И отдавать. Он приходил брать и дарить. Он не стеснялся, не был скован, не боялся испортить момент неправильным действием. Он вообще ничего не боялся. Он хотел так сильно и страстно, что не было места в его желаниях опасениям и страхам. Скай, как только переступал порог комнаты Эрика, как только снимал рубашку и протягивал руку, чтобы помочь Эрику освободиться от одежды, становился тем, кто так был нужен именно в этот момент.
И не было сопротивления. Скай брал то, что хотел без спросу.
Нет, не так. Понимая, что Эрик на все готов, брал это "все" не стесняясь, не сдерживаясь.
Зная, что впустят, зная, что готовы отдать и пожертвовать целым миром.
И Скай принимал эту жертву, разделял ее и благодарил, как умел...
Его поцелуи - такие глубокие и горячие, обжигали кожу. Его объятья - чересчур сильные, иногда заставляли стонать от боли... но именно этого Эрику сейчас и хотелось.
Пусть чуть грубого, пусть чуть более несдержанного отношения к себе, не как к поврежденной хрупкой игрушке. Устал от этого. Ненавидел, когда оберегали и жалели. И плохо было чувствовать себя фарфоровой куклой...
