Произнесено это было знакомым голосом рыжей красотки, а затем все стихло. Пожав плечами, парень закончил осмотр, а затем, подобрав котелок с посудой, двинулся обратно в лагерь. В нем все было без изменений, кроме Лисы, потиравшей покрасневшее ушко. Подмигнув ей, когда их взгляды встретились, и добившись румянца на щеках, молодой человек поставил мытую посуду на землю рядом с костром, а затем снял улов с копья и подошел к сидящему задумчиво Леопольду.
Протянув ему рыбу, молодой человек сопроводил это словами:
– Компенсация за сухарь.
Чернявый немного удивленно осмотрел ее, как будто не привык к такому отношению, а следом принял и едва слышно поблагодарил. Зефир же удовлетворенно кивнул, считая недавний конфликт исчерпанным.
Тем временем в лагере была тишь да гладь, дети тихо играли на расстеленной подстилке с какими-то камушками и ветками, а компанию в качестве надзирателя им составил Хагг. Лиса о чем-то полушепотом обсуждала с однорукой, стреляя глазами в сторону Зефира, а Леопольд решил заняться рыбой. К слову, енота нигде не было видно, однако молодой человек за него особо не переживал, полагая, что зверь объявится до момента ухода, а поэтому решил сделать то, что давно хотел, но никак не мог провернуть только с подручными средствами – подстричь волосы.
– Варна, у тебя не будет ножниц или острого ножа? – присел он рядом с женской компашкой, которая при его появлении примолкла.
– Ножницы есть.
– Можешь, пожалуйста, одолжить ненадолго? Хочу эти патлы состричь, – взмахнул Зефир хвостом.
Блондинка на его слова чуть не поперхнулась, переведя взгляд на шикарные волосы, а еще про себя завидуя, однако ножницы все же выдала. Сев невдалеке прямо на землю, Зефир взял их в руки и попытался поймать свой хвост, а когда у него это получилось, то понял, что нормально подстричься своими силами не выйдет. Тем не менее идею он не бросил, юноша не был какой-то принцессой, пекущейся о своей внешности, и на бал его никто не звал, отчего достаточно было подрезать волосы так, чтобы не лезли в глаза и не мешались при ходьбе.
– Давай помогу, – неожиданно предложила Лиса.
Хоть девушка тоже не одобряла желание молодого человека обкорнать такую красоту, но смотреть, как он мучается, все же не стала.
– Спасибо, – кивнул парень и протянул ножницы.
И пока над ним колдовали, он обратился к Варне и спросил то, что, на самом деле, нужно было уточнить гораздо раньше:
– А не опасно так долго стоять на одном месте?
– Чем дальше на запад, тем меньше монстров. К примеру, их следов мы не видели уже второй день, – пояснила внимательно наблюдавшая за ними женщина. – А еще мы сильно измотаны, поэтому небольшой отдых нам жизненно необходим.
Тем временем рыжая довольно профессионально и быстро стригла Зефира под свой вкус, срезав основную массу волос и сейчас занимаясь выравниванием удлинённой прически. Вот только не прошло и пары минут, как парень почувствовал себя странно, как будто кто-то взял и вытянул из него порядочно сил. Напрягшись, он попытался понять, в чем дело, и даже успел заподозрить в злых намерениях девушку, но делать ничего не пришлось, потому что Лиса, издав удивленный выкрик, сама отскочила от него на добрых полтора метра.
На лагерь опустилась тишина, а все с круглыми глазами смотрели на волосы, что отросли буквально за секунду обратно до лопаток.
– Э-э-э, – протянул Хагг, выражая отношение всех присутствующих к случившемуся.
Понимая, что происходит что-то абсолютно ненормальное, а также заметив, что люди смотрят ему на затылок, Зефир начал крутиться, и его движения принесли результат, которой его тоже малость ошеломил.
– Мне что, теперь не подстричься что ли?! – возглас получился очень эмоциональным, в тот момент, когда парень поймал свои локоны и с удивлением их осмотрел.
– Видимо, Выдох тебя все-таки зацепил, – довольно мрачно заметил Леопольд.
– Зефир, ничего не хочешь нам рассказать? – спросила Варна, в голосе которой слышалось подозрение.
Вообще мутации людей в Выдохах были непредсказуемыми, и если у разных видов животных и растений частенько были одинаковые паттерны запустившейся метаморфозы, то люди мутировали всегда индивидуально. И в девяносто девяти процентах случаев такие изменения были недоброкачественными, а часто и опасными не только для самого человека, но и для окружающих. В связи с этим к искаженным зоной людям всегда было некое предубеждение, не всегда необоснованное, к слову, а ситуации с такими беднягами иногда доходили до абсурда, когда простые люди боялись их и ненавидели больше, чем чудовищ.
Часть из этих сведений Зефир знал, как знал, что его случай несколько отличается от обычной мутации в Выдохе, поэтому сейчас он решил не скрывать правду, но и всей истины о том, что они с енотом сожрали какую-то дрянь, которая их знатно изменила, не говорить. Все же, как эта группа отнесется к ним, если рассказать все без утайки, было неясно. Может, выгонят от греха подальше, что было бы идеальным вариантом, а, возможно, нападут. К слову, смысла в том, чтобы отмолчаться, тоже не было, так как его только что поймали на горячем.
