Пообщавшись ещё немного с Милаженой, Зефир, поблагодарив ее еще раз, забрал енота, который всё это время сидел как шёлковый, и отправился сначала к меняле, конвертировать серебро Леопольда в золото, а затем в магистрат. В заботах и бумажной волоките пролетел остаток дня, но к вечеру домик в северном районе был куплен и оформлен, а командир отправился в таверну радовать остальных.
Переселение заняло пару дней, и хотя мебель в доме была, однако всё остальное там отсутствовало, из-за чего пришлось ещё немного потратиться и побегать, пока в новом месте не стало возможно нормально жить. При этом объявившийся на следующий день в «Медвежути» Эден тоже был привлечён к заботам Варной, и, видимо, желая покрасоваться перед Мелисой, из кожи вон лез, помогая.
Закончилось всё грандиозным застольем в новом доме. И здесь уже постарался Зефир, который несколько часов кряду готовил, чтобы порадовать всех вкусностями.
— Зефир, а вы с нами жить не будете? — отложив ложку в пустую тарелку, спросила Вилтани.
Голос её звучал расстроенно — как ни мала она была, но отчётливо понимала, что комнат в новом жилище на всех нет. Даже вкусное жаркое, которое девочка только что уплетала за обе щёки, и новенькое голубое платьице, подаренное парнями, не смогли поднять ей настроение.
— Не выйдет, — развёл руками командир. — Мы останемся в таверне, но теперь точно будем к вам почаще заходить — обещаю.
В просторной гостиной, где они сейчас ужинали за большим столом, места хватило всем, включая молодого чудовищного алхимика. Варна к этому моменту уже порядком заездила его поручениями, отчего бедняга походил на выжатый досуха лимон. И тем удивительнее было видеть, как этот самый «лимон» тихо светился довольством.
— Надолго? — продолжила расспросы мелкая егоза.
— Полгода, наверное.
— У-у-у, долго! — мило надулась она.
На самом деле, чтобы накопить на огромный дом, скорее всего, требовалось гораздо больше времени. Но Зефир решил не расстраивать её заранее.
— Вы, кстати, когда перекрашиваться собираетесь? — закончив с едой, Леопольд откинулся на спинку стула и посмотрел на Варну.
— Завтра с утра, — ответила блондинка. — Нужно будет воспользоваться купальней во дворе, чтобы всё краской не заляпать.
Услышав это, Брут навострил уши и украдкой потер лапы под столом в предвкушении. Однако на его морде не дрогнул ни один мускул.
— Раз уж вы заговорили о маскировке, у меня две новости, — включился в разговор Эден. — Первая: жду вас у себя, чтобы подкорректировать черты лица. Вторая: я нашёл женскую руку, и мы сможем сразу её прирастить.
— Это же замечательно! — обрадовалась Лиса. — Что ж ты молчал?
— Сюрприз хотел сделать, — смутился юноша.
— Спасибо, Эден, — с искренней благодарностью кивнул командир и перевёл взгляд на Варну.
Та застыла с каменным лицом, словно изваяние, но Зефир почти физически ощущал бурю, бушующую у неё в душе. После всех испытаний, через которые женщина прошла вместе с Лисой, она, вероятно, уже смирилась со своей участью калеки. И вдруг — не просто пустые обещания, а реальный шанс вернуть утраченную конечность. Причем не какую-то лапу монстра, а нормальную женскую руку и буквально в ближайшее время.
— Если мы завтра днём подойдём? Нормально? — деловито уточнила рыжая.
— Да, в самый раз.
Присутствовать на операции Зефир с товарищами не планировали. Пока сегодня парни мотались между домом и таверной, командира перехватили Ночка с Веселиной и напомнили про охоту на медвежутей. Так что к нужному моменту друзья уже будут на пути в Выдох. К тому же Эден давно зарекомендовал себя как профессионал, а главное — как тот, кому можно было доверять. Поэтому ничего плохого в том, что они пропустят это событие, Зефир не видел. Рука-то у Варны никуда не денется, и посмотреть на неё и поздравить женщину можно будет и позже.
Вскоре посиделки подошли к концу, а четверо гостей отправились к себе, тогда как домочадцы остались обживать теперь уже их новый дом.
Утро началось для Брута непривычно рано — ведь перед походом в Выдох его ждало важное задание. Тявкнув сонным парням о неотложных делах, он тут же выскользнул из таверны и, не теряя ни секунды, поспешил на север города.
Для передвижения зверь выбрал верхние уровни, потому довольно скоро оказался рядом с жильём Варны и Лисы. Переместившись на крышу их дома, енот уселся рядом с трубой и принялся терпеливо ждать.
Прошло минут двадцать, прежде чем внизу началось движение: Хагг засуетился между колодцем и домом, таская вёдра. Вскоре зачадила труба рядом с енотом — видимо, девушки нагревали воду, — а Брут продолжил терпеливое ожидание.
Когда приготовления наконец-то закончились, и рыжая с блондинкой зашли в купальню, енот, похабно оскалившись, переместился на крышу помывочной. Доски там были скрипучими и рассохшимися, поэтому ступать приходилось осторожно. Но как раз из-за их состояния в крыше зияли щели, к одной из которых мохнатый извращенец и приник, оттопырив пушистый зад.
