Из большой пещеры, не считая пройденного пути, вели три выхода. Первый — узкий лаз, куда пришлось бы пробираться почти на карачках, поэтому товарищи сразу же его отмели. Два других, расположенных рядом, представляли собой те же загадочные круглые туннели с высокими сводами. Правый уходил под уклон вниз, левый — наоборот, вверх.
— Налево? — легко догадался о предпочтениях командира Леопольд, когда друзья остановились перед развилкой.
— Ага, — кивнул Зефир и первым шагнул в проход.
…
Путешествие по туннелю и небольшим пещерам, которые встречались по дороге, вышло не самым запоминающимся. Путь был прямым, без каких-либо ответвлений и, скорее всего, вёл обратно на поверхность.
Каких-то серьёзных опасностей они тоже не встретили, за исключением ловушки, перекрывшей часть коридора, которую товарищи попросту обошли, а также прилипших к потолку монстров. Они были похожи на небольшие куски плоти с зубастой пастью по центру, которые свешивали длинные языки к полу и, видимо, охотились на жуков и паукомяков таким вот образом. Друзья с ними не связывались, боясь, что те могут быть ядовитыми, а монстры, в свою очередь, игнорировали путников — благо висели они на потолке точечно, и пройти мимо языков не составляло труда.
Минут через двадцать подъёма Зефир, идущий первым, ступил в светлую пещеру. При этом освещалась она не как обычно мхом, а имела выход наружу, где клубился плотный туман.
— Это куда мы попали-то? — озвучил общее недоумение Леопольд.
Товарищи хоть и путешествовали под землёй, но делали это медленно и осторожно, поэтому далеко от места, где они спустились в подземелье, отойти не должны были.
Командиру же в этот момент на ум приходила аналогия с башней, в которой они повстречали опасное чудовище, однако шанс на то, что товарищи попали туда же, был мизерным, поэтому парень решительно шагнул вперёд, бросив друзьям:
— Пойдём, узнаем.
Потушив и оставив факелы в пещере, троица выбралась наружу. Везде был этот дурацкий туман, поэтому дальше чем на десяток метров ничего не было видно, а одежда буквально через пару минут стала мокрой, как после стирки.
— Держитесь рядом, — проговорил Зефир и достал компас. — Если кто-нибудь потеряется, это будет очень плохо.
Удостоверившись, что тот работает нормально, командир осторожно повёл отряд на юго-запад, в противоположную от выхода на поверхность сторону.
Вообще, если не считать вездесущего тумана, передвигались товарищи по всё той же равнине жёлтой зоны, что стало ясно по мере продвижения вперёд. И единственное, что было здесь странного, так это отсутствие каких-либо животных. Выдох, в принципе, всегда был оживлённым местом, где помимо агрессивных монстров жили и другие изменённые звери, птицы и насекомые, которых люди не интересовали от слова «совсем». Они всегда были на виду или издавали какие-то звуки, зачастую очень необычные, но здесь было абсолютно пусто и тихо, как в могиле, а парни слышали только свои шаги и дыхание. И, естественно, это очень сильно напрягало психологически.
— Слушай, Зефир, — прошептал Леопольд, боясь нарушить эту пугающую тишину. — Может, уйдём отсюда?
Предложение было поддержано едва слышным тявканьем Брута, опасливо озирающегося по сторонам.
— Да, ты прав, — также тихо ответил командир и остановился.
Ему самому было крайне неуютно от обстановки вокруг, поэтому идея повернуть назад не вызвала у него никакого отторжения.
Однако не успел юноша ничего предпринять, как внезапно где-то далеко позади раздался ласкающий слух девичий смех. Практически в полной тишине это звучало так неестественно и неуместно, что вздрогнули все без исключения, моментально посмотрев назад.
Туман надёжно скрывал то, что издавало такие звуки, а тем временем пугающий смех прозвучал вновь, но теперь намного ближе.
Зефир и Леопольд переглянулись. Признаваться в своём страхе и слабости не хотел никто, но по выражениям лиц обоих парней было ясно, что их пробрали эти жуткие звуки до костей. Ведь одно дело — сражаться с каким-нибудь монстром, зная, что ты можешь ему противостоять, даже если проиграешь поединок, а другое — столкнуться с какой-то потусторонней жутью, против которой ты абсолютно бессилен.
Брут же просто замер на плече командира — ни жив ни мёртв. Он, в принципе, не любил рисковать своей жизнью и был немного трусоват, поэтому непонятный феномен, а ещё неизвестность отдавались в его меховой душе накатывающими волнами первобытного ужаса.
Между тем красивый и оттого леденящий душу девичий смех прозвучал ещё ближе, а ему начал вторить такой же, но немного правее. А когда прозвучал третий смешок совсем близко в тумане, Брут не выдержал и завизжал, словно маленькая девочка, в то время как товарищи, не раздумывая, бросились бежать.
В отличие от енота, способность соображать ни Зефир, ни Леопольд окончательно не потеряли, поэтому двигались в одном направлении. Вот только чертовщина не закончилась, и после пяти минут бега командир внезапно остановился. Леопольд, бежавший позади, тоже встал, крикнув товарищу:
— Что случилось?
