В это же время Брут покинул поместье и обосновался на одной из крыш трехэтажного дома поблизости. Внизу была оживленная улица, соседствующая с оградой их нового места жительства, по которой ходили пешеходы и ездили кареты. Но вся эта суета его не касалась. Он засел за надстройкой, торчащей из ската крыши и выглядевшей будто скворечник с окном.
Место было тихое и незаметное, и, посмотрев по сторонам и не обнаружив никого постороннего, енот достал из своей сумочки маленький бронзовый колокольчик. Брут помнил, что обещал не прикарманивать артефакты, но в тот момент, когда мохнатый его нашел, они были в большой опасности, и зверь попросту забыл про новый магический предмет.
Вспомнил о нем енот недавно и решил проверить артефакт самостоятельно. Ведь зачем отвлекать занятых Зефира и Леопольда из-за всяких пустяков?
Подержав немного предмет в лапках, мохнатый попытался позвонить в него. Вот только звука так и не раздалось, а зверь перевернул колокольчик и недоуменно посмотрел на язычок. Тот был на месте, однако звенеть почему-то отказывался.
Попытавшись воспользоваться артефактом еще раз — к сожалению, безрезультатно — Брут опять сосредоточился на своей чуйке. И несколько секунд спустя его морда расплылась в улыбке. Он еще раз позвонил, и на этот раз колокольчик, немного потемнев, издал мелодичный звон.
В тот же миг пространство рядом с мохнатым пошло рябью, буквально выплюнув рядом с ним… второго Брута, только обычного, серого цвета.
Поднявшись на задние лапы, енот-пришелец уставился на первого енота. Если бы кто-то сейчас наблюдал эту сцену со стороны, то заметил бы, что различий, кроме цвета шерсти, между ними не было. Те же удивленные глаза навыкате и глупое выражение морды. Да даже заплечные сумочки у них оказались одинаковыми.
В общем, они напоминали двух братьев-близнецов, разлученных родителями в детстве, правда, один из которых упал в чан с синей краской.
Пришелец пришел в себя первым и, сняв сумку с плеч, вытащил из нее… самую настоящую фигурку голенькой танцовщицы — точно такая же совсем недавно рассыпалась прямо в лапах у его двойника. Серый енот многозначительно посмотрел на свою синюю копию, а затем морды у обоих растянулись в пакостной улыбке… Вместе они могли натворить таких дел, что голова у двух мохнатых пройдох шла кругом.
На следующий день о прибытии гостей Зефир узнал самым неожиданным образом — в прихожей вскрикнула Лиса, и парень сорвался со второго этажа с максимальной скоростью. Через несколько мгновений он был внизу перед открытой входной дверью, где на полу лежала девушка со слезами на глазах, державшаяся за лицо, которое начало стремительно краснеть. В проеме стояли двое парней: вчерашний Висеслав и очень похожий на него высокий крепко сбитый шатен с острым подбородком, выглядевший немного старше. Позади них стояли человек шестнадцать крепких парней и девушек, судя по всему, клановых, с оружием на поясах.
— Эфо он! — шамкнул Висеслав, и слюна брызнула из прорехи между дёснами. Полного набора зубов во рту у него не хватало после недавнего поединка.
Зефир относился к Мелисе, как к младшей сестрёнке, которой у него никогда не было и которую нужно было оберегать изо всех сил. И увидев её на полу, кровеносные сосуды в глазах парня моментально полопались, и он бросился вперёд.
Два негодяя в дверях не успели сделать ровным счетом ничего, когда разогнавшийся командир опрокинул их своим телом. Они вылетели из прохода, словно пробки из бутылки, сбивая трех ближайших к ним людей и увлекая за собой. Через несколько метров груда из клановой молодежи оказалась на земле, испуская стоны.
Хотя командир и был в ярости, здравомыслия юноша не потерял, поэтому не стал применять полную силу и убивать придурков. Оказавшись на улице, он остановился, осмотрел выломанные ворота, за которыми собралась толпа зевак, и обвел гневным взглядом остальных незваных гостей, стоявших невдалеке. Их была дюжина: девять парней и три девчонки.
Клановые попятились, пораженные мгновенной расправой над своими «предводителями», особенно над старшим братом Висеслава, который, по их представлениям, должен был разобраться с этим наглецом одним ударом. Только теперь до них начало доходить, что, возможно, они ввязались в то, с чем не смогут справиться.
— Мы не… — подняв руки, попытался что-то сказать стоявший ближе всех тощий блондин, который вчера говорил о «расплате», но не успел.
Зефир рванул вперед и, оказавшись рядом, влепил ему пощечину, отбросившую парня на несколько метров, закрутив в воздухе. Приземлился он без зубов, в то время как командир уже был рядом с одной из клановых девиц, награждая и её ударом по щеке.
Та отлетела в сторону, а командир и не думал останавливаться, обеспечивая всех — и мужчин, и женщин — визитом к целителю. Люди разлетались, словно пушинки, от хлестких ударов и оказать сопротивление были попросту неспособны, хотя некоторые и пытались. Вот только здесь и сейчас не было никого, кто мог сравниться с юношей в силе и скорости, чем тот беззастенчиво пользовался, вымещая злость за произошедшее с Лисой.
