Хоффман рассмеялся.
— Это было связано с тем, что он был шведом — а все шведы считаются дураками. И еще потому, что он был крупный. По какой-то причине многие думают, что у людей могучего телосложения не может быть достойных мозгов. Ему было наплевать, что они держали его за дурачка, — он с детства привык к этому. Словно верный пес, он стоял рядом со своим боссом во время встреч, смотрел прямо перед собой и слушал все, о чем говорилось. Бандитам казалось, что он ничего не соображает, но парень многому научился в плане их афер и работы организации. Но главное — он научился убивать быстро и тихо. Даже при своем росте мог проворно передвигаться и знал, как бесшумно напасть на жертву и задушить струной от фортепиано за несколько секунд.
Хоффман остановился у окна. Сощурившись, он смотрел на мелкий дождик и улыбался.
— Чтобы у тебя это получалось, надо быть быстрым, как ласка, сильным, как медведь, и холодным, как сосулька. У парня все это было, и потому он оказался весьма востребован. И у него была голова на плечах, так что он получал хорошие деньги за свою работу. Пошли слухи, что он обладает сверхъестественной силой. На самом деле ему помогало приспособление, экономящее силы, которое он сам сконструировал. Но это парень держал в тайне… Ты не пишешь, Эллен?
— Я сбилась, — пробормотала девушка.
— Я же предупреждал, чтобы ты сказала, если собьешься, — раздраженно сказал он. — На чем ты остановилась?
Эллен бросила взгляд на машинку и прошептала:
— Струной от фортепиано.
Хоффман кивнул.
— Давай оттуда, — дружелюбно добавил он.
Затем откашлялся, повторил свои слова и продолжил описание деятельности парня в качестве наемного убийцы в американской преступной среде. Время от времени он бросал на Эллен взгляд, следя, успевает ли она.
— Итак, можно сказать, что этот молодой человек стал очень успешен. Но однажды он допустил промах: жертва выжила, и полиция вышла на его след. Он снова был вынужден сменить имя и бежать на судне через Атлантику, на этот раз в обратную сторону и при более благоприятных обстоятельствах: купив билет в первый класс, наслаждался комфортом на борту. Наконец, с фальшивым паспортом, он оказался в Гётеборге. Оттуда перебрался в Стокгольм, где подвизался в бизнесе — как законном, так и незаконном. Это была довольно прибыльная деятельность. Но вскоре она ему наскучила. Он познакомился с несколькими крупными мошенниками, которым нужно было устранять людей, не испачкавшись самим. Это привлекало его больше. Он снова мог использовать свои особые навыки. Некоторые из тех, кем он занимался, были обнаружены полицией, другие появлялись лишь в списках пропавших без вести. Детали я сообщать не буду; интересующиеся могут найти их в моих детективных романах… Ты выглядишь усталой, милочка. Тебе нужен перерыв?
Эллен сделала глубокий вдох и повернулась к своему работодателю.
— Извините, господин Хоффман, но я должна спросить: это книга или что-то другое?
Подумав, он произнес:
— Это рассказ, и я хочу изложить его от начала до конца, не вплетая в выдуманный сюжет. Это мой рассказ, Эллен. Мой собственный. Он тебе не нравится?
Покинув шефский дом, Эллен вдруг вспомнила, почему перестала ходить на соседский двор, когда была маленькой.
Лошадь ее укусила!
Это оказалось очень больно. Она была глубоко обижена, а на ее руке появился большой синяк. Родителям Эллен сказала, что упала и ушиблась о камень, и ее рассказ оказался таким убедительным, что она сама до сих пор верила в него.
Моторная лодка приближалась на большой скорости, подскакивая на волнах. В заливе она замедлила ход и исчезла под чумной больницей. Дул сильный ветер, и Эллен, ожидая Артура, застегнула верхнюю пуговицу пальто. Пара охранников поднялась со скамейки и пошла вниз, в лодочный ангар, помочь шкиперу разгрузиться. Вскоре они вернулись, каждый с ящиком в руках, а за ними — Артур с почтовой сумкой.
— Мне жаль, но и сегодня ничего нет, Эллен, — сказал он. — А это ты можешь передать Иону. — Он достал журнал орнитологов.
— Я сам могу его взять, — крикнул Ион, ковылявший по газону. — Взяв журнал, он повернулся к Эллен. — Ну как твоя Любовная Тоска? Не отвечает на письма?
Он усмехнулся и ушел, не дожидаясь ответа. Эллен посмотрела на его качающуюся спину. Ее тревожило смутное ощущение того, что что-то неладно.
Она двинулась по заросшей тропинке, начинавшейся за лодочным ангаром. Та тянулась метров двести в гору, а затем резко спускалась к небольшой прибрежной полосе. Эллен обнаружила это место случайно; ей нравилось приходить сюда, когда хотелось подумать.
Она села на сероватое бревно. Волны шумели, подбираясь к ногам; сугробики пены дрожали среди выброшенных водой водорослей. Подальше в море виднелась рыбачья лодка с поднятым ржаво-красным парусом.
Не здесь ли взад-вперед ходил Хоффман с доктором Кронборгом, пока Ион и другие охранники шли следом с дубинками? О чем они говорили? Не рассказывал ли Хоффман ту же историю, что он диктовал Эллен? А если рассказывал, то, может, что-то опустил в ней?
