— А кто же иначе? Думаешь, он соблазнился бы моей мамашей? Или бабами из вдовьего домика? Или старухой Сабиной? Теперь, когда Катрин пропала, ты — единственная молодая женщина на острове.
— Мы обнаружили двести литров спирта в десяти ящиках в курятнике Панамы-Бенгтссона, — сказал довольный комиссар Нурдфельд, — накрытых соломой, поверх которой лежали только что снесенные яйца.
— Бедный парнишка! — вздохнул Нильс. — Грести на лодке с тяжелым грузом от верфи Варвет-Кюстен до поселения подбирал…
— И лишиться всего на следующий день… — Нурдфельд ухмыльнулся, достал потухшую сигарету из пепельницы, зажег ее и медленно покачал головой. — Да, печально. Парень еще мелкий, так что позднее им займется Комиссия по делам несовершеннолетних. Но Бенгтссон находится в предварительном заключении, и его дело будет рассматриваться полицейским судом в четверг. Надеюсь, мы сможем из него что-нибудь вытащить. До сих пор он оставался таким же глухонемым, как его сын. Но у нас есть свидетельские показания шкипера лодки, выгружавшего водку. Вы уверены, что это он? Было же темно. И вы малость выпили… — Нурдфельд наклонился вперед над письменным столом и впился взглядом в Нильса.
— Я узнал его. Кепка с козырьком…
Комиссар раздраженно махнул сигаретой.
— Половина жителей шхер носит кепки с козырьком. Вы видели, какой фирмы?
— Нет, конечно. Но я узнал его по телосложению и движениям.
Нурдфельд хмыкнул.
— А лодка? Вы видели, какой она модели?
— Нет, было слишком темно. Но я уверен, что это в ней я плыл в Бронсхольмен. Не так много найдется похожих лодок.
— Хм… Да, если есть такая быстрая лодка, как та, что на карантинной станции, то есть и искушение для ее шкипера. Скорее всего, он делает то же, что и другие в шхерах, — отправляется к какой-нибудь плавучей базе в международных водах… Надо осмотреть ту лодку; может быть, найдем какие-то следы. Но это непросто. Мы не знаем, в какое время шкипер обычно прибывает в город, и нам нужно разрешение доктора Кронборга на посещение острова.
— Мне надо было брать его с поличным, — с сожалением сказал Нильс.
— Глупости. Вы были в одиночестве, безоружны и не при исполнении. Это было бы безумием. Большинство контрабандистов — безобидные любители, но не все. Вы сами сказали, что у одного из них был револьвер. Вы можете его описать?
Нильс дал описание.
— А грузовик?
— Выглядел жалко. Вымазан красноватой глиной. Регистрационный номер начинается на О22. Две последние цифры были не видны.
Нурдфельд вздохнул.
— Но, — продолжил Нильс, — если это был тот же автомобиль, что чуть не наехал на Мольгрена, то последние цифры семь и три.
— Что-то я не понял…
— Дорожного констебля Мольгрена чуть не задавил наглый водитель грузовика. Машина была такой грязной от красноватой глины, что он смог разглядеть лишь последние цифры номера — семерку и тройку. А может быть, восьмерку, Мольгрен не был уверен. Но я — за тройку. Потому что номер О2273 зарегистрирован за грузовиком марки «Форд», а владеет им фирма «Перевозки Юханссона» в районе Хюлтманс-Хольме.
Комиссар Нурдфельд просиял.
— Отлично, Гуннарссон! Этот факт заслуживает проверки. Точно. Возьмите с собой двоих. И табельное оружие.
Хюлтманс-Хольме был довольно новым районом города. Расположение между рекой и железнодорожной станцией ветки Бергслагсбанна сделало его базой для всех возможных видов транспорта. Здесь находились склады многих предприятий, здесь стояли хранилища угля и леса, мастерские и фабрики.
Машина полиции свернула с длинной, прямой улицы Мортен Краков на перпендикулярную улицу.
— Вот здесь, — сказал Нильс.
Констебль в форме затормозил у высокого забора.
— Заверните за угол и встаньте там, — распорядился Гуннарссон.
Полицейский сделал, как ему было велено, и Нильс вышел.
— Подождите здесь, — предложил он. — Хочу сначала сам осмотреться. Я позову вас, если понадобится.
Забор огораживал большой двор, выложенный булыжником, и несколько построек — сараев для лошадиных повозок, перестроенных под гаражи. На дворе стояли грузовик и две почтовых машины поменьше. Грузовик был крупнее, чище и новее, чем тот, что Нильс видел на верфи Варвет-Кюстен. В его кабину собирался влезть молодой мужчина — но остановился, когда Нильс помахал ему.
— Эй! Постойте! Я ищу Исидора Юханссона.
— Шеф в конторе, — ответил мужчина, кивая в сторону двери подальше.
Он сел в грузовик, завел мотор и выехал через ворота.
Нильс постучал в указанную дверь. Грубый голос предложил ему войти. В комнате с вертикальными балками и стенами из неструганого дерева за столом сидел мужчина с телефонной трубкой в руках. У него была крупная квадратная голова с голой макушкой.
— Сожалею, — произнес он в трубку, — но мы не можем взять перевозки на ближайшую неделю. Мы полностью загружены.
Он положил трубку и повернулся к Нильсу.
— Вы ведь слышали, что я сказал клиенту, так? — Он показал на телефон. — Мы не мо…
— Я из полиции, — прервал его Нильс. — Дело касается одного из ваших грузовиков, «Форда» с номерным знаком О2273.
— Ага, значит, вы нашли эту рухлядь… И где она стояла?
— Мы не нашли грузовик. А вы почему спрашиваете?
