Чувство моря [litres] полностью

То дождь поливает крошечную площадь. То над ней вьются снежинки, предвещая Новый год, поблескивая, подразнивая и легкомысленно обещая чего-то. Ночью, в свете лампочек и одиночки-фонаря асфальт поблескивает как нейлон, как нефть, как черные тени для век, как новенькая косуха, как скат (на самом деле эти сравнения можно продолжать до бесконечности, так что присоединяйтесь). Лужи разливаются и исчезают. Три желтые сливы катятся, за ними вприпрыжку скачет котенок с рыжим пятном на боку. Старушенция в зеленой мужской куртке продает подосиновики. Другая старуха в пуховой кофте вылавливает вареную кукурузу из закутанной в тряпки кастрюли. А прохожие все бродят, ковыляют, снуют по своим делам от метро, к метро, к овощным ларькам. Кто-то бурчит на ходу в наушник. Кто-то уютно запахивается в ангорский кардиган. Но однажды, посреди пыльного треугольника крошечной площади, под низким байковым небом, среди прохожих, под моросящим дождем возьмет да и остановится человек. Куртка его разметалась. Рубашка на нем тухлая. Под ногтями у него земля. Ботинки его стоптаны. Джинсы его мятые. В тусклых клоках волос, похожих на покинутое гнездо, хозяйничает сквозняк. Щеки его небриты. Разит от него потной человечиной, усталостью и водкой. Остановится человек. Застынет, пошатываясь. Будет сосредоточенно и удивленно всматриваться перед собой. Замрет, недоумевая. Станет усиленно моргать и легонько трясти головой, будто разом забыл что-то важное. А точнее, вдруг растеряется человек подчистую, рассеется повсюду и все на свете одним махом забудет. Все, чего хотел он, ради чего жил, что любил, чего боялся, что берег, чего жалел, – по неизвестному волшебству в один миг выпустил, утратил и будто бы весь в себе запнулся.