– Слушай, служивый… – проговорил Власов. – Звать-то тебя как? А то неудобно получается, ты меня знаешь, а я тебя нет.
– Владимир. – Коротко представился мужчина, сосредоточенно следя за дорогой. Погода резко испортилась. Даже сквозь стальную обшивку салона ощущались хлесткие порывы ветра, заставляющие водителя то и дело напряженно стискивать руль. Хотя, надо отдать ему должное, машину он вел мастерски.
– Хорошо, Володя. Разбуди меня, как окажемся на месте. – Показательно зевнув, Власов прикрыл глаза, и откинулся на спинку прохладного кожаного сиденья. Бросив небрежный взгляд на время, он отметил, что до начала активации передатчика осталось чуть меньше 90 минут.
Время давно уже перевалило за полночь, и как ни боролся Евгений со сном, за последние неполные сутки произошло столько событий, что усталость, в конце концов, взяла свое, и организм полковника сдался.
Очнулся он от того, что Владимир, перегнувшись с водительского места, тряс его за плечо:
– Полковник! Власов! Проснитесь!
– Руки убери… – хмуро пробормотал Евгений, проведя ладонями по лицу в попытке отогнать сон. – Что, мы уже приехали?
– Нет, это лишь первая часть пути. Выходите из машины.
– Зачем?
– Не задавайте ненужных вопросов, Евгений Степанович. Шевелитесь.
Поняв, что спорить с командиром бесполезно, полковник, пожав плечами, с некоей долей сожаления открыл дверь автомобиля, впуская внутрь теплого салона пропитанный влагой ночной холодный воздух. Выходя из машины, он вновь бросил взгляд на часы, и отметил про себя, что из выделенного Гошей времени до начала установления связи осталось 12 минут.
Владимир остановил их Мерседес недалеко от шоссе, свернув на проселочную дорогу и немного углубившись в чащу леса. Ливень идти перестал, сменившись на мелкий противный беспрерывно моросящий дождик. Окутавшую путников кромешную темноту разбивал лишь полукруг рассеянного света от работающих фар автомобиля, мотор которого командир не заглушил.
В отблеске огней блеснул ствол нацеленного на Евгения пистолета, заставив того невольно замереть на месте.
– Я попрошу вас, полковник, встать перед капотом и сложить на него свою одежду.
– Ты еще мотоцикл у меня попроси.
– Не понял? – напрягся командир.
– Терминатора не смотрел, что ли? – вздохнул Власов, начав расстегивать рубашку и невольно подрагивая от пронизавшего тело холода. – К чему этот ночной стриптиз? Не хочу тебя расстраивать, Володенька, но я женат.
– Я ценю ваше чувство юмора, Евгений Степанович, но необходимость данной процедуры обусловлена обычной проверкой «на вшивость». Это не займет много времени.
– От вшей меня избавила мама в далеком детстве, а за бородой я регулярно ухаживаю. – Скинув кроссовки и носки, полковник остался в одних плавках. Стоя на мокрой пропитанной влагой земле, осыпаемый колючей крупой дождя, он отчаянно старался не дрожать.
– Белье снимите тоже. – Беспрекословно произнес Владимир, вытаскивая из кармана портативный ручной сканер, и не опуская при этом оружия.
– Извращенец, – буркнул Власов, разоблачаясь полностью, не переставая при этом в уме вести обратный отсчет до того момента, как вживленный ему в ухо передатчик станет активен. – Давай только покончим с этим поскорее, а то вряд ли твой хозяин погладит тебя по головке, если накануне операции я свалюсь с температурой.
Не реагируя на словесные выпады полковника, и уперев ледяной ствол пистолета ему в бок, командир тщательно провел сканером вдоль его тела, хмыкнув лишь однажды, когда прибор пискнул, оказавшись напротив вживленного в предплечье Евгения маяка. Свежий пирсинг Владимир также не обошел стороной, и Власов едва не задохнулся, подспудно задержав при осмотре дыхание, но контора не подвела: устройство в автономном режиме для сканеров было не обнаружимо. Во время доскональной проверки Старик прокрутил в голове более десятка способов обезоружить, и ликвидировать противника, но с трудом справившись с собой, все же лезть на рожон не стал.
Понимая, что время у него заканчивается, он нарочито громко чихнул, и командир, наконец, убрал свой электронный прибор в карман, а затем, отдалившись, вернул пистолет в кобуру.
– Все в порядке. Проверка закончена.
– Доктор, я могу одеваться? – невинно повел бровью Евгений.
Хмуро кивнув, Владимир закурил, безразлично глядя на то, как порядком замерзший Власов, морщась, натягивает на себя успевшие промокнуть вещи.
– Сигареткой хоть угостишь?
В ответ на это командир щелчком отправил на землю окурок и, отрицательно мотнув головой, сел за руль.
– Ты сегодня слишком серьезен, Володя, – прокомментировал Власов, не без удовольствия возвращаясь в теплый салон автомобиля. – Рано или поздно, это тебя погубит.
