Мальчишка взревел и бросился на сестру, пытаясь её повалить и подмять — роковая ошибка. Аливия чуть качнулась в сторону, чуть двинула рукой, разворот — и мальчишка уже промчался мимо… Точнее, его ноги мчались дальше, а тело вдруг остановилось. На мгновение он словно завис в воздухе, а потом грохнулся на пол. Девочка чуть повернулась, удерживая в болевом захвате руку противника, заставляя того перевернуться на живот, и вот она снова очутилась на нём верхом.
— Показал, да? Показал?!
— И что тут у нас происходит?
— Ой… Володя-а-а!!! — Аливия сорвалась с места, бросилась к нему и повисла на шее, дрыгая ногами.
Володя еле устоял.
— Ну, ты медвежонок! — восхитился он. — Чуть не свалила. Может, объяснишь, что тут у вас происходит?
— Воспитываю одного хама! — отрезала она, повернула голову и продемонстрировала этому хаму язык.
— Разве я тебя такому учил?
— Такое я и раньше умела, а то, чему ты меня научил, я ему уже показала.
— Так. — Володя с трудом оторвал девочку от себя и поставил на пол. — И ты иди сюда, герой. Как я понимаю, ты брат Аливии, Гонс?
— Да, — мальчишка шмыгнул носом и отвернулся.
Такого позора он ещё не переживал. Мало того, что проиграл девчонке, которая младше его, так ещё случилось это при свидетелях.
— И из-за чего драка? Аливия, разве я не говорил, что тебе пока нельзя делать резкие движения?
— А я и не делала. Фиг бы он у меня тогда вырвался и сюда добежал. А так пришлось сдерживаться.
Мальчишка засопел ещё сильнее. Мало того, что победили, так оказывается, ещё и сдерживались при этом.
— Врёшь ты всё, — буркнул он. — Я специально тебе поддался!
Аливия лишь презрительно фыркнула.
— Тихо, петухи. Начнём с того, что настоящие мужчины с девочками не дерутся, тогда и поддаваться специально не надо…
— Понял?! Балда!
Володя положил руку на плечо Аливии и чуть сжал.
— А воспитанные девочки не дразнятся и не обзываются.
— А он первым начал! Знаешь, как больно дёрнул за волосы…
— И не жалуются. Тем более когда всё-таки сумели за себя постоять. И принимают положенное наказание за драку.
Аливия насупилась.
— И ты туда же…
— Не я, Кнопка, не я. Марш оба к отцу, он вас уже заждался. В кабинет шагом марш.
Брат с сестрой разом обернулись к двери, только тут, видно, сообразив, где устроили потасовку.
— Осторн, — повернулся Володя к вышедшему в коридор купцу, — я спущусь в столовую, поем чего-нибудь. Когда вернусь, продолжим.
— Конечно, милорд. А я пока с этими задирами поговорю.
Гонс зябко повёл плечами и машинально прикрыл попу. Аливия повела себя более сдержанно, но весь боевой задор куда-то разом испарился.
— Ну что встали? — ласково спросил Осторн. — Проходите ко мне в кабинет, пожалуйста.
Володя, посмеиваясь, пошёл к лестнице, вспоминая собственные баталии с Ленкой и как им на пару доставалось от отца. Воспоминание вдруг нахлынуло настолько яркое, что Володя замер, ухватившись за перила.
—
Отец всплеснул руками.
— Ну сама же ревёшь, когда он тебя колотит, бежишь ко мне жаловаться, а сейчас его защищаешь! Ну и как вас понять, леди?
Ленка на миг задумалась, что ответить, не знала, и с чисто женской интуицией поменяла тему разговора:
— Я не леди, я девочка. Пап, а кто такие леди?
— Ах ты, девочка моя, — отец, хохоча, подхватил её под мышки и подкинул к потолку.
Ленка завизжала от страха и удовольствия одновременно.
— Ну, а ты что плачешь? — Отец повернулся ко мне. — В жизни, сынок, разное случается, и плакать последнее дело. А раз виноват — прими наказание.
— С вами всё в порядке, милорд? Милорд?
Чья-то рука осторожно коснулась плеча. Володя вздрогнул и открыл глаза, машинально провёл рукой по сухой щеке.
— Да-да, спасибо… Я сам…
Человек неуверенно потоптался, но послушно направился вниз. Володя проводил взглядом слугу. Вот ведь воспоминания… совсем не вовремя они порой случаются… совсем. Он с трудом оторвался от перил и, слегка пошатываясь, тоже начал спускаться.
Придя к себе, Володя задвинул засов на двери комнаты, достал ключ к шифру и, развернув полученный свиток, занялся расшифровкой. Занятие не сложное, но муторное, от которого хотелось отделаться как можно скорее. Убив на это часа полтора, Володя налил себе уже остывшего чая, хлебнул, поморщился и поставил в расшифровке жирную точку, почти кляксу. Прошёл с этими листами к кровати, плюхнулся на неё и углубился в чтение. Так же задумчиво, не отрывая глаз от листов, достал карту и расстелил её на полу. Сел тут же и принялся что-то сверять, то читая текст, то посматривая на карту, отыскивая на ней города и крепости. Потом уже разложил перед собой и просмотрел записи с теми сведениями, что предоставили ему Джером, Винкор и остальные, кого он ещё запрягал в скучное дело сбора информации. После этого начал писать, что-то правя или вычёркивая в своих набросках. Наконец удовлетворённо кивнул.
