И вот наш прибывший открыл карту Европы. Прежде не увлекался географией. В его сельпо не было кембриджей. Там своя школа жизни. Проголодался? Проваливай, гни спину! Не до географии! На карте нежданно-негаданно происходит открытие. По соседству с Италией есть Швейцария. Новоприбывший, как правило, знает мало. Там знает: банки! Богатые, значит. Уже не нужна дорога на север. Так порой думаем мы, кандидаты в беженцы, и делаем ставку на Швейцарию.
Все это сказал по-английски. Он спросил о моей профессии. Я промолчал. Не говорить же, какими тут судьбами!.. А прежние интересы замерзли в русских холодах. Нет толку ворошить архив памяти.
День за днем.
В беженской общаге Базеля Малую и Чифира поселили вместе как мужа с женой. Их комната: широкая кровать, стол, стулья. Кухня на первом этаже. Ну а мне, Ежику и Бороде выделили комнаты общежитий в деревнях. Рядом с Базелем. В наших комнатах людно и разноязычно. Лишь семейные – по двое.
У Малой и Чифира сразу организовали общую штаб-квартиру. На подоконнике я поставил свой маленький кактус. Которую страну подряд колючка со мной. Талисман.
Перво-наперво пришили карманы внутри курток, вокруг спины. Затем нашли информацию о магазинах в интернете. Составили список адресов в блокноте. Пункты назначения вписывали в нави. Проблема, что тот, бывало, запутывался в трех соснах. Еще адреса магазов метили на карте точками, крестиками и кружками. Рулевой Чифир распорядился, чтобы я сидел впереди за штурмана.
– Налево… Теперь направо… Налево… Нет! Стой! Налево! Следующий поворот налево. – Я напутствовал и глядел то в карту, то на дорогу.
В резинку трусов я спрятал таблетки снотворного. Отосплюсь, если словят. Дольше трех суток не держат. Не воля, так тюряжка.
Главной целью были спиртные напитки и косметика. Чифир не вырос из пиратских штанишек. Ему мало и того и другого. Гулял по магазину с магниченным на карманы взглядом. Чтобы вытянуть мобильники, кошельки, документы. Последнее попадалось непредумышленно: на фига ему чужие бумаги! Он бережно ронял их там же, в магазине. Удивительно, как при его медвежьих лапах проводил капитальную диагностику карманов. Впрочем, у Чифира при себе длинный, как линейка, пинцет. Я так не могу. Излишне гадаю: словят? не словят? А главное – не думать. Вдобавок мне было не по душе брать чьи-либо личные вещи.
Еще Чифир обворовывал раздевалки рабочих. Прошмыгнет туда украдкой. Шкафчики – «хлоп, хлоп». Уже не раз его застукивали на месте преступления. С ним, как тень, объяснение: «Ищу туалет». Или шприц в руке. Мол, нужно место, чтобы уколоться. Сам не осознает, куда попал. Часто Чифир выходил из магазинов с бутылками и деньгами.
По вечерам дома шили карманы. Хотелось рекордов. Внутри куртки (желательно пуховик) готовили карманы поясом. Будто для гильз. Среди карманов промежутки. А не то – стук бутылок друг об друга. Отчего подозрение и проверка.
В Малую много бутылок не поместится. Ведь Малая. Зато у нее другие криминальные изюминки и высокий стиль. В магазинах прятала косметику под юбку, куртку и даже помещала на живот воздушный шарик. «Беременная». В магазине шарик сдувался, а на живот прятался товар.
Ночью разлеглись по матрасам. Лишь Чифир, будто одинокий царь, на кровати. Малая, в пижаме, спящая, ворочалась и постанывала. Можно подумать: снилось, как суслик проник в норку. И какой такой снился суслик? И в какую такую норку этот суслик влез?
Утром всех будил Чифир:
– Встаем, пираты!
В комнате закипел чайник. Щелчок – и выключился. Запах кофе. Чифир, странное дело, носу не верится, пил не чифир, а кофе. Первое, наверное, уже в свое время напился. Медленно и нацелено, как на минном поле, он ходил меж нами:
– Встаем! Вам, как швейцарцам, мама с папой не принесут денежки в кровать.
– Государство. – Что? Не понял.
– Я говорю: государство не принесет.
– Тем более, встаем. Мы вообще без государства.
– Старый! Хватит уже, – сонно и лениво сказала Малая. – Прошли те времена, когда ты будил меня на работу.
Поясню в скромных и серых красках – это о прошлом. Раньше Малая работала продавщицей в белорусском магазине. Воришек, вдобавок часто нарков, знала в лицо, если не рожу. Малая их прогоняла. Выходило, что крадут у нее. Недостачи списывают на персонал. В Западной Европе иначе: на продавцов не вешают. Малую ценили как работника. При ней потери уменьшились до небывалого минимума. Так бы и дальше работала, жила-была, но, как всем нам, стало и скучно, и серо, и мало прибыли.
Зря надеялись на деревни. Там, казалось, крадут меньше. Значит, думали, нам легче. И не тут-то было. В первой деревне Чифир вернулся из магазина через пару минут. Ясно, что пустой. Так быстро не украдешь.
– Товар клали? – Ежик нарушил молчание. – Не взял? Да?
Когда товар распределялся по алкогольным полкам, то мы редко «светились» перед работниками.
– Нет. Людей мало. – Чифир завел машину. – Смотрят на меня, как на зверька нового в зоопарке. И все говорят: «Хай! Хой! Х…й!» Друг друга знают. Деревня.
