Улучив момент, когда, тварь повернулась к нему с широко раскрытой от крика пастью, Артур выпрямился, выплюнул заклинание огня, широким взмахом собрал из воздуха клубок из огненных нитей и точным броском зашвырнул ее кроту прямо в пасть. В момент, когда огненный шар находился точно во рту, взорвал его как бомбу.
Прогремел оглушительный взрыв, стены содрогнулись, голову чудовища разнесло вокруг мелкими ошметками.
И стало очень тихо. Артуру даже показалось. что он окончательно оглох. Жутко воняло паленой плотью.
Судороги прошлись по толстому телу чудовища, когти последний раз скребнули камни и замерли.
— Это был славный удар… — раздался откуда-то из-под осколков и каменной крошки сдавленный голос Лаэрта. — Я же говорил, что ты очень крутой маг, просто тебя раньше никто не убивал…
— Никогда ты этого не говорил, — с облегчением рассмеялся Артур.
Меня разбудили крики, доносившиеся с улицы. Я мигом подскочила, хлопая глазами, пытаясь осознать, где я и что происходит. Крики вроде бы радостные. Это меня слегка успокоило. Хотя кто их тут знает этих табари, может пришли воины меня на казнь сопроводить, и местные жители радуются предстоящему зрелищу. Хотя зачем я наговариваю? Насколько я могла сделать вывод — люди табари, обычные которые, а не их король, производили впечатление довольно рассудительных и сочувствующих. И вообще, они мне нравились. Но все же я бы хотела как можно быстрее убраться отсюда подальше. Мне недоставало открытого неба, солнца и свежего воздуха. Не хватало еще клаустрофобию заработать в этих темных подземных пещерах.
И все же по какому поводу на улицах радость? Надо выяснить. Я поднялась, плеснула себе в лицо холодной водой из кувшина, пригладила волосы и вышла во двор. По улицам шли люди, не то чтобы сплошным потоком, но больше чем обычно. Их лица были радостны, голоса восторженны, настроение приподнято.
— Что происходит? — спросила я у одного из охранников, все еще дежурящих возле нашей хижины.
— Похоже, что проклятье с грибных плантаций снято, — ответил он неуверенно.
— Я пойду со всеми? Посмотрю? Узнаю? — попыталась я притвориться наивной дурочкой.
— Исключено, — твердо ответил мне воин. — Вам запрещено передвигаться по городу без охраны.
— Так проводите меня!
— Такой команды не поступало, — отрезал он.
Я подавила вздох отчаянья. Ну что же придется ждать новостей здесь.
Новости явились довольно скоро, две. Обе чумазые, уставшие, но самое главное — живые. Я кинулась их обнимать и выспрашивать о случившемся. Парни рассказали мне в подробностях о победе над гигантским чудовищем, которое чуть было не пожрало все поселение табари и вообще угрожало практически всему человечеству, и как им ловким и смелым, умным и умелым удалось с ним справиться. Я слушала с улыбкой и восторженно хлопала глазами. Парни — молодцы, я на самом деле была восхищена, тем как им все удалось провернуть, при этом остаться целыми и невредимыми.
Рассказ утомил их не меньше, чем схватка, они наскоро умылись, поели и завалились спать в ожидании аудиенции короля.
День клонился к вечеру, и я уже порядком устала от безделья, снаружи за циновкой послышался строевой топот и лязг копий. Вероятно, прибыли воины, чтобы сопроводить нас к королю. Я выглянула наружу уточнить так ли это и поняла, что не ошиблась. На этот раз их было человек двадцать, гораздо больше, чем конвой, сопровождающий нас обычно.
Мы вышли к площади перед домом короля, и я буквально ахнула от изумления. Там собралось, наверное, все мужское население табари. Сложно вообразить себе зрелище более впечатляющее, чем это бесчисленное скопление вооруженных людей, стоящих в безупречном строю. Несмотря на многолюдность над площадью царила полнейшая тишина, и лес поднятых копий отражал оранжевые блики горящих фонарей. Их величественные фигуры стояли будто статуи, абсолютно неподвижно. Между ними пролегал прямой как стрела проход, который упирался в двери дома короля. Конвоя с нами уже не было, он растворился где-то в рядах воинов сразу же как только мы зашли на площадь. Куда бы я ни посмотрела, всюду ряд за рядом виднелись застывшие бледные лица, над которыми вздымался частокол копий. Это было очень торжественно.
Мы дошли почти до самого входа в королевское жилище и остановились, не зная, что делать дальше. К счастью, в этот раз король не стал томить нас ожиданием. Через минуту или две дверь открылась, и правитель вышел навстречу к нам и к своему войску. В этот раз трон никто не устанавливал, но два человека торжественно вынесли и поставили справа от короля сундук, в который он прошлый раз положил корону.
Плащ упал на землю, обнажая его лысую голову и плечи. Он окинул взглядом нас и людей, стоящих на площади, поднял свое копье, и внезапно тысячи копий поднялись в ответ и над площадью пронесся вскрик голосов, сливающихся в один: «Хой»! Будто он принадлежал одному человеку и повторился трижды.
Затем на мгновение наступила напряженная тишина, торжественная из-за предчувствия того, что должно было произойти.
