Накануне отправки на фронт Шубин расщедрился и наконец-то дал ему еще одну увольнительную в город. До этого Виктор изводил своего командира регулярно, так же регулярно получая плюхи и отказы, но попыток не оставлял. Слишком близко была Нина и поэтому очень уж тяжело воспринималась разлука. Командирские отказы он считал величайшим самодурством. Ну, убудет ли от Шубина, что он, Виктор, будет ночевать не в летном общежитии, а у своей девушки? Командир страданий подчиненного упорно не понимал, и раздосадованный Виктор как-то раз даже рванул ночью в самоход. Тогда желаемого получить не удалось – Нина оказалась на ночной смене в госпитале. Вдобавок на обратном пути он не там свернул, и полночи, опасаясь патрулей, блукал темными переулкам. И вот, наконец, счастливый момент настал.
Время было уже позднее, рынки не работали, так что свою девушку он смог порадовать лишь двумя заранее запасенными банками мясных консервов и выпрошенным у старшины куском мыла. По военным меркам это было богатство. Никакого попутного транспорта не попалось и Виктору пришлось идти пешком. Пока он добрался до их дома, то весь вымотался, вдобавок начало темнеть.
К его радости, Нина была дома, занимаясь в компании Вики стиркой. Комнату покрывали многочисленные веревки, с развешенной сохнущей одеждой и бельем. Увидев Виктора, Нина вспыхнула, радостная и смущенная одновременно.
Немного поговорив, и поняв, что своим присутствием мешает девушкам закончить работу, он ушел курить. Кухня все еще утопала в клубах пара, видимо там кипятили белье. Жители коммуналки по-прежнему косились на Виктора, но уже без прежнего любопытства. За те три дня, что он здесь провел, к нему успели привыкнуть.
Подошла Нина, довольно улыбнулась.
— В комнату пока не заходи, — шепнула она, покосившись на готовящих ужин соседей, — там Вика моется, она уйдет скоро. Представляешь, она в госпитале с капитаном одним познакомилась, так он ей предложение сделал. Они расписаться собираются, — лицо у нее приняло мечтательное выражение. Соседи, наконец, вышли из комнаты, и он притянул Нину к себя, впился в ее мягкие, вкусные губы. В коридоре вновь зашаркали шаги, она недовольно оторвалась от поцелуя и положила голову ему на плечо, прижалась. Зашла какая-то старушка, очень неприязненно посмотрела на обнимающуюся пару, поджала губы. Нина покраснела, загрустила. — Опять будут обсуждать, — шепнула она, — как же я их ненавижу. Соберутся на кухне и начинают… — он крепче прижал ее к себе, успокаивающе погладил по волосам, задумался.
Надо было уже как-то остепеняться, определяться с дальнейшей жизнью. И Нина его вполне устраивала как будущая жена: симпатичная, стройная, хозяйственная, с неплохой профессией. Впрочем, главное было то, что она его любит. Жаль, конечно, что он был у нее не первый, но это, в общем-то, мелочи. Правда, не мешало бы узнать ее получше, хотя, время еще есть, его же никто под венец не гонит…
Нина тронула его бороду.
— Когда ты ее уже сбреешь, — хихикнула она, краснея, — она же у тебя колется, ты меня всю уже исколол. Потом ощупала рукав его гимнастерки, брезгливо вытерла пальцы, нахмурилась.
— Давай я тебе одежду постираю.
Больше в этот вечер ему курить не довелось. В доме у девушек не было ничего, в чем он мог бы выйти на кухню…
В комнате было убрано, ужин съеден и Виктор, вымытый, лежал на свежей простыне и с удовольствием наблюдал, как Нина расчесывает волосы. Она была полностью раздета и бесстыдно ему улыбалась. Он смаковал взглядом ее тело, предвкушая и пытаясь запомнить каждую секунду этого времени.
Наконец она закончила вою работу, но вместо его объятий, уселась на краю кровати, требовательно заглянула в глаза.
— Скажи, — спросила она, — а когда ты будешь в городе в следующий раз?
— Не знаю, — Виктор не хотел ее расстраивать, — не скоро.
— Ну почему, — все-таки огорчилась Нина, — вы же прямо здесь, на окраине. Может, на денек отпустят?
Он попытался дотянуться до нее, чтобы хоть таким образом прервать этот разговор, но Нина отстранилась.
— Ну почему? — настойчиво повторила она.
— Потому что послезавтра на фронт.
Она замолчала, потом плечи ее затряслись и Нина зарыдала. Виктор пытался ее успокоить, но она отшвыривала его руки, не позволяя к себе прикасаться. Он растерялся, не зная, что делать.
— Слушай, — наконец сказал Виктор. — Не надо меня заранее оплакивать, хорошо? Ну чего ты плачешь?
Она немного успокоилась, лишь периодически всхлипывала.
— Я… я…, — выдавила Нина и плечи ее вновь затряслись. — Мне кажется… я беременна.
Он поднялся, нашарил на столе папиросы, закурил. Она молча наблюдала.
— Это наверно после того раза? — спросил он. Нина пожала плечами.
— А долго уже? — спросил Виктор?
— Вторую неделю задержка – выдохнула она.
Он вновь задумался. То, что у Нины от него будет ребенок, пока не укладывалось в голове. Мысли метались, но никакого толкового решения пока не приходило. Он вдруг подумал, что его могут сбить и что тогда? Узнает ли будущий ребенок, кто был его отцом?
— У тебя документы здесь? С собой? — спросил он.
Нина кивнула.
— Тогда завтра идем в ЗАГС.
